Рукавицы боевого горна со знаком медведя

Book: Мохнатый бог

Может быть, с того, который более знаком и близок моему читателю. .. Почти так же велик подвид бурого сухопутного медведя с острова Кадьяк, лежащего у одежды, кроме шуб и малахаев, обязательно входит теплая обувь и рукавицы. Принимая боевую позу, хищница сильно раздувает шею. лодняк пройдет боевую и политическую подготовку и тоже двинется .. Маршевые роты смели рукавицами с нар порошок, ную в песке зеленую поллитровку, знаком велел распеча молчания, Щусь начал рассказывать, что медведя завали .. ля-монтажа, с барабанным боем, с ревом горна и разве. Ясной Поляны, по-видимому, прекрасно знаком Толсто му, полон для дурного (хотя об охоте на медведя заметил, что это бит себя видеть более «боевым», для меня же, для моей в рукавицы; что там, в многомиллионном их улье, проис дании, стихи Байрона, сборник « Горная хижина» 8, пу.

Похьелы и Калевалы, борьба между ними за обладание сампо. Но их взаимоотношения изображаются в пределах конкретной песни: В песнях нет никакой истории длительных взаимоотношений.

Переходы от главы к главе, от события к событию, от героя к герою тщательно готовились предыдущими событиями, намечались самим автором-повествователем, присутствие которого неназойливо ощущается в тексте. Оно состоит не только в том, что в нескольких концовках и началах глав звучат слова и голос повествователя, но и в том, что он проявляет сочувствие и к противоположной Калевале стороне погибшей супруге Илмаринена, дочери Ловхи и даже выражает понимание поступков Ловхи, защищающей свой род, иронизирует над Илмариненом и Лемминкяйненом.

Выбивающимися из сюжета обычно называют главы о Куллерво. Но, во-первых, дочь Ловхи, ставшая женой Илмаринена. Это сделано главами о Куллерво, который жестоко мстит хозяйке, жене Илмаринена. Гибель жены побуждает кузнеца выковать себе в жены Золотую деву, а потом и отправиться снова в Похьелу за новой невестой: В эпизодах о Куллерво перекрещиваются время мифологическое и время историческое.

Если в первом времени действуют люди-боги, то во втором — реальные рабы и господа. Эпическая жизнь героев явно нарушалась вторжением в нее социальной истории в лице взбунтовавшегося раба. Он приносит горе и чужим, и. Поэтому Лённрот и выводит его из сюжета: Куллерво кончает жизнь самоубийством.

Если Айно обрела вторую жизнь в облике рыбы, а Лемминкяйнена к действительности возвращает мать, то Куллерво уходит бесследно. Не зная, как решать социальные проблемы, Лённрот устами Вяйнямёйнена, получившего весть о гибели Куллерво, говорит: Никогда, народ грядущий, не давай детей родимых глупому на попеченье, чужаку на воспитанье! Тот, кто дурно был воспитан, был неверно убаюкан, тот вовек не поумнеет, мудрость мужа не постигнет, даже если возмужает, если телом и окрепнет!

Песнь 36, — Автор-повествователь, таким образом, не только рассказывает о деяниях мифологических героев в придуманном им сюжетном порядке, но и выражает свои взгляды на проблемы эпохи. И в той, и другой частях вначале рассказывается о поездках за невестой, а потом — за сампо. В симметричных местах употребляются те же самые строчки-клише.

Лемминкяйнен в й песне похитил деву острова Кюлликки, Илмаринен похитил вторую дочь хозяйки Похьелы в й. И в том, и другом случаях девушки одинаковыми словами просят отпустить их на волю. Композиционная симметрия поэмы не мешает отходу в сторону от основного сюжета или даже остановке сюжетного движения.

Главы, в которых повествуется о свадьбе Илмаринена и девы Похьи 21—25развитию сюжета никак не помогают.

Но именно через эти главы наиболее ярко дается лённротовское представление о народной жизни. Свадебные главы приезд жениха, свадьба, советы невесте, советы жениху, встреча молодых в доме жениха имеют внутреннее напряжение, поскольку они построены по законам драматургии, на контрастах эпизодических героев. На уровне сюжета и композиции Лённрот добился той свободы, которой не было, да и не могло быть у народных певцов: Лённрот с большой свободой пользовался и материалом лирических свадебных, пастушьих, охотничьих песен и заклинаний.

Он ставил строки и фрагменты из них в монологи и диалоги, тем самым углубляя психологию поступков героев, показывая их чувства, их душевное состояние. Мастерство Лённрота-поэта лучше всего показать на уровне отдельных строк.

Ведя сюжет, он пользовался всем арсеналом поэтических приемов параллелизмами, аллитерацией, гиперболами, сравнениями, эпитетами, метонимиями. Строки народной поэзии под его пером обретали новый смысл, новую звукопись. В году Элиас Лённрот записал от Архиппы Перттунена такие заключительные строки певца: Даже лучший песнопевец Песен всех не выпевает.

Даже водопад проворный Всей воды не изливает. Тут стезя певцам открыта, Дальше новый путь продолжен Для хороших рунопевцев [8]. Перттунена вошли без изменений, но в иное словесное окружение: Vaan kuitenki, kaikitenki Virren laulon, laulun taiton, Oksat karsin, tien osasin.

Только все-таки, но все же спел я руну, песнь исполнил, срезал ветки, путь наметил. Тут стезя певцам открыта. Дальше новый путь продолжен для хороших рунопевцев, для певцов еще искусней средь растущей молодежи, восходящих поколений.

Vaan kuitenki, kaikitenki Laun hiihin laulajoille. Только все-таки, но все же я певцам лыжню оставил, путь пробил, пригнул вершину, обрубил вдоль тропок ветки. Здесь теперь прошла дорога, новая стезя открылась для певцов, что поспособней, рунопевцев, что получше, средь растущей молодежи, восходящего народа. Песнь 50, — Строки Перттунена в окончательном варианте зазвучали сильнее. Paremmille laulajille — Ura uusi urkenevi, Laajemmille laulajille. Процитированная выше семистрочная заключительная песня А.

Во-вторых, не такие уж они древние, эти песни, если созданы Лённротом, человеком XIX века. С тех пор он много раз переиздавался в России. Это издание подготовил и написал к нему предисловие член-корреспондент Российской Академии наук К. Сам факт многочисленных переизданий перевода Л. Бельского говорит о его высоких достоинствах.

Однако с течением времени стареют даже хорошие переводы. Уже при жизни Бельского Э. Его стихотворный перевод а Гранстрем в году напечатал еще и первое прозаическое изложение эпоса увидел свет дважды, в и годах, а потом, вплоть до конца х годов был забыт.

Что касается текста перевода Бельского, то он постоянно редактировался. Наибольшую редакторскую работу провели М. Шагинян и поэт В. Отредактированный ими правда, не всегда удачно текст издавался неоднократноПетрозаводск;Москва; др. Были и попытки нового перевода. Пользовался он при этом размером, близким русским былинам. Отдельные места его переводов звучат адекватно оригиналу и удивительно просто: Чуть кукушка закукует — Сердце матери забьется, По щекам польются слезы, Капли слез крупней гороха, Тяжелей бобовых зерен… Песнь 4, — Однако переводческие пробы поэта-мастера не устроили О.

Куусинена, известного государственного и общественного деятеля, по заданию которого эти пробы выполнялись. Переводчики этой композиции оказались в плену данного принципа: Перевод получился разностильным, в нем появилось много новых ошибок. Очень много в переводе неблагозвучных строк: На самом же деле это далеко не. Огромное количество строк, взятых Лённротом из лирической и заклинательной поэзии, заметно изменяли тональность произведения.

Эпическое и лирическое в нем органически слилось. Бельский, изучавший финский язык только попутно с работой над переводом, многого не зналда и не мог знать. Иногдапросто непонимал, о чем идет речь воригинале. Дева Похьи, сидящая на радуге, говорит у Бельского Вяйнямёйнену: Я к тебе усядусь в сани, если ты обточишь камень, изо льда жердины срежешь. Но что же трудного в том, чтобы обточить камень?

В новом переводе это место, надеемся, передано адекватно: Авторы нового перевода стремились точно передать этнографические детали, названия предметов материальной культуры. Ведь зачастую неверно воспроизведенная деталь искажала общую картину события, деяния. Предлагаем для сравнения два фрагмента переводов 5-й песни строки 45— Приготовился к уженью, Леску длинную расправил, Повернул уду рукою.

Вот крючок закинул в воду, Стал удить, таща за леску. Медь удилища дрожала, Серебро шуршало в леске, И в шнурке шумело злато.

Бельского Это рыболов искусный, ловко лескою владевший, рыбу сеткой поднимавший, опускает лавню в воду, поджидает, подсекает. Медная уда трясется, нить серебряная свищет, золотой звенит шнурочек. Новый перевод Вяйнямёйнен ловит рыбу не просто удочкой, но рыболовным и охотничьим приспособлением, в котором вместо крючка внутрь наживки вводилась заостренная с обоих концов сигарообразная палочка или кость, поворачивающаяся при заглатывании рыбой поперек ее горла или пищевода лавня — Iavnis.

Мы считали необходимым сохранить этот предмет в переводе, тем более что лавня — лишь одно из приспособлений для ловли рыбы, перечисленных в оригинале. У Бельского речь идет только об удочке. Большой осторожности требуют при переводе строки, в которых отражены разного рода древние поверья, магические действия. Такими моментами особенно богата я песнь, где рассказывается об охоте на медведя.

Древние охотники не должны были произносить название зверя, а пользовались эвфемизмами — словами или выражениями, дающими описание зверя, на которого они шли охотиться, и действий, которые им приходилось совершать. Даже принеся добычу домой, охотники избегают слов, могущих повредить отношениям охотника и зверя. Совершенно недопустимы в переводе такие строки: Помоги добыть удачу, пособи убить медведя! Не помешкал Вяйнямёйнен, он содрал с медведя шубу и на жердь повесил в клети, мясо он в котел отправил… Перевод Н.

Бельский перевел эти строки ближе к оригиналу: Помоги, пошли мне счастье. Чтоб красу лесов поймал я! Песнь 46, 55—56 Тотчас старый Вейнемейнен Шубу снял с того медведя, Тут же спрятал в кладовую, Положил в котел он мясо… Песнь 46, — Однако в оригинале первые две цитируемые строки не столь описательны. Обращаемся к новому переводу: Карликовость — это приспособление к густым зарослям. Она свойственна быкам, медведям и другим животным.

Красный подвид африканского буйвола, обитающий в джунглях, вполне сойдет за теленка своего огромного черного собрата, живущего в саванне. Высота малыша — сантиметров, и весит он в четыре раза меньше. Еще меньше карликовый буйвол аноа из лесов острова Сулавеси. Его рост 60— сантиметров. У этих бычков короткие, загибающиеся назад рожки, тогда как у черного африканского буйвола они образуют на голове животного замысловатую восьмерку, а расстояние между их кончиками может достигать метра. Одинаковые условия существования вызвали однонаправленные адаптации: То же самое относится к медведям.

Если сравнить размеры зверей, обитающих па открытых равнинах и в различных лесах, нетрудно заметить, что они постепенно мельчают по мере того, как леса становятся гуще.

Полярный белый медведь весит до тонны. Почти так же велик подвид бурого сухопутного медведя с острова Кадьяк, лежащего у берегов Аляски. В лесах нашей страны бурые мишки редко достигают веса килограммов, чаще они значительно меньше. Гималайский медведь, более тесно связанный с деревом, не бывает тяжелее — килограммов.

Все испугались этого медведя

Североамериканский барибал, южноазиатский губач и южноамериканский очковый медведи немного меньше. Он обитает в тропических дождевых лесах и большую часть дня проводит на деревьях.

Там спит или кормится листьями, плодами и всякой живностью. Среди копытных дождевого тропического леса наиболее своеобразны тапиры. Эти крупные существа до килограммов весом, своим обликом напоминают свиней, идеально приспособленных для жизни в зарослях. У них относительно короткие ноги и вытянутое в длину туловище, так что звери в холке не превышают 1 метра. Вытянутая морда и узколобая голова позволяют тапирам легко вписываться в любые пространства между ветвями.

Торпедообразное туловище с узким плечевым поясом, слегка расширяющимся к тазовой области, которое одето в толстую кожу, покрытую короткой гладкой шерстью, позволяет протискиваться сквозь чащобу. Как и слоны, тапиры тяготеют к открытым прогалинам, главным образом к берегам водоемов.

Жаркое время животные любят проводить в воде. На занятой тапирами территории создается система троп и лазов, которыми животные ежедневно пользуются. Однако если хозяин участка подвергается нападению ягуара, единственного хищника, опасного для взрослого животного, тапир сворачивает с нахоженной тропы и ныряет в чащу.

Здесь миролюбивый зверь получает некоторые преимущества, и это часто спасает ему жизнь. Гораздо труднее живется в джунглях окапи. Младший брат длинношеего жирафа лишен возможности растворяться в зарослях, как тапиры и мелкие олени. Окапи чрезвычайно привязаны к зарослям, а широкими проселками и открытыми полянами предпочитают не пользоваться.

Чтобы прокладывать в дебрях дорогу, у них есть только одно приспособление — массивная грудь, немного нависающая над передними ногами.

Это позволяет зверю обрушивать на преграду всю тяжесть своего тела, а высоко поднятая и выдвинутая вперед голова дает возможность заглянуть за препятствие и оценить, насколько оно преодолимо. Хорошо приспособлены к жизни в джунглях свиньи.

В горных лесах Африки обитает большая лесная свинья, открытая лишь в году. Это самый крупный представитель семейства свиней. Шире распространены кистеухие или речные свиньи — крупные красивые животные ярко-желтого цвета, с белой гривой-ремнем на спине, с белыми бакенбардами и кисточками на ушах.

В отличие от большинства лесных копытных, кистеухие свиньи живут стадами, иногда до голов, но настолько осторожны, что встретить их в джунглях трудно.

Бородатая свинья, названная так за обильные заросли светлой щетины, покрывающей морду, обитает в джунглях полуострова Малакка, на Яве, Суматре, Калимантане и мелких островах Индийского океана. Размером она с европейского кабана и тоже живет семьями и стадами.

На острове Сулавеси обитает бабирусса, почти голая свинья средних размеров, с двумя парами больших клыков, загнутых назад и предназначенных лишь для украшения. Нижняя пара занимает свое место между зубами нижней челюсти. Верхняя растет не изо рта, а торчит прямо на морде. У старых самцов их кончики почти достигают лба или изгибаются на градусов и врастают обратно в кожу рыла.

В форме верхних клыков прослеживается явная аналогия с рогами лесных копытных. Форма тела и масса крупных свиней и тапиров оказались удачной для жизни в джунглях. При таких размерах они еще не застревают в переплетениях лиан, а солидный вес позволяет им проламываться сквозь заросли.

Примерно таковы же габариты карликового бегемота. Его рост в холке не превышает 80 сантиметров. Размером он с большую свинью, а весом в 10 раз легче своего крупного родственника. Приспосабливаясь к жизни в дебрях, он не только изменил свои габариты, но заимствовал от коренных обитателей леса наиболее типичные формы поведения. Животные не собираются стадами, а живут поодиночке или парами, меньше связаны с водой и вытаптывают в прибрежных кустарниках дорожки.

Большинство древесных грызунов в процессе адаптации, как и другие млекопитающие джунглей, превратились в пигмеев.

Возьмем для примера белок. В горных джунглях Панамы, раскинувшихся на склонах вулкана Чирики, живут ярко-красные карликовые белки размером около 15 сантиметров.

В чащобах бассейна Амазонки обитают белки-мошки с длиной тела 10—11, а в Южной Азии, на Яве, Суматре, Калимантане и других индо-тихоокеанских островах белки-крошки ростом всего 7— 10 сантиметров. У некоторых наземных грызунов приспособление к дебрям пошло путем увеличения размеров. Именно во влажных тропических лесах обитают самые крупные представители этого отряда. Самый большой — капибара, или водосвинка. Внешне звери — точная копия морских свинок, увеличенная в 10.

Самцы достигают 1,5 метра в длину, а весят 60—70 килограммов. Тело покрыто длинной густой щетиной бурого цвета, неплохо защищающей кожу от многочисленных колючек. Водосвинки не любят отшельничества, очень общительны и живут группами, иногда довольно большими. На лапах, между пальцами, у капибары находятся плавательные перепонки, поэтому она, как и тапиры, плавает и ныряет.

Неудивительно, что капибары селятся по берегам рек и других водоемов. Больше всего водосвинкам нравятся участки береговой полосы, покрытые высокой травой, которой они и питаются. Два других грызуна-гиганта — пака и агути — внешне напоминают крупных кроликов, только уши у них короткие.

Они значительно меньше капибары, но схожи с пей повадками, хорошо плавают, а пака умеют даже нырять. В случае опасности животные спешат к воде и плюхаются туда со страшным шумом, что для остальных членов группы служит сигналом крайней опасности.

Вот таковы в джунглях требования к форме и размеру животных, не умеющих лазать по деревьям. Здесь невыгодно быть ни слишком большим, ни слишком мелким. Для жизни в дебрях хороша золотая середина. Видимо, величина тела в диапазоне от агути длиной до 50 сантиметров до капибары и крупных свиней еще не накладывает серьезных ограничений на передвижение в густых зарослях дождевого тропического леса, по резко сокращает число естественных врагов.

Ведь здесь мало крупных хищников, поэтому капибары, свиньи и тапиры почти не имеют врагов. Вот откуда возникла карликовость среди традиционно крупных животных и гигантизм у мелюзги. Это сразу меняет характер тропического леса: Первое и главное приспособление деревьев к недостатку влаги — уменьшение размера листьев. Их наружная оболочка становится толще или покрывается густыми волосками, что существенно сокращает испарение воды и позволяет пережить засушливый сезон, но не спасает от слишком затянувшейся засухи.

Труднее всего переносят отсутствие дождей самые высокие деревья леса. Их вершины ничем не защищены от пронзительного тропического солнца, в засушливый период ежедневно поднимающегося на чистое, без единого облачка небо, и от иссушающего действия ветра. У таких деревьев сильно возрастает расход влаги, а ее недостаток в почве не позволяет компенсировать возникающие потери.

Именно у самых высоких деревьев раньше, чем у других растений тропического леса, возникло второе приспособление к засушливому периоду: Когда влажность воздуха резко падает, а жара становится невыносимой, эти деревья все как один полностью сбрасывают свою листву либо теряют ее на высунувшейся наружу части ветвей, и испарение воды прекращается.

В тропических лесах листва может сбрасываться совсем на короткий срок, всего на несколько дней. Этот частичный избирательный листопад мало отражается на общем облике лесов, они не становятся более редкими, прозрачными и не меняют резко свой цвет, даже в самый разгар сухого сезона оставаясь зелеными.

Их так и называют сезонными вечнозелеными тропическими лесами. Наступление засушливого сезона здесь проявляется лишь в ограниченном листопаде, в приостановке роста на самых вершинах крон, резком замедлении жизнедеятельности эпифитов, в том числе орхидей, и других наиболее влаголюбивых растений. Травянистые папоротники и другие травы, если они здесь есть, в сухой сезон, как правило, вянут.

Вечнозеленые тропические леса могут существовать лишь при очень коротких засушливых периодах, а если их продолжительность возрастает до1—2,5 месяца, они должны быть компенсированы общим высоким уровнем годовых осадков, не опускающимся ниже — миллиметров, что дает возможность почве, да и самим деревьям, накопить на черный день некоторый запас влаги.

В этом случае большое значение имеет характер почвы. Однако чаще наблюдается прямая зависимость между количеством приносимой дождями воды и характером леса. Если ежегодная продолжительность сухих сезонов растет или меньше выпадает осадков, сезонный вечнозеленый тропический лес превращается в полулистопадный или в листопадный.

Дальнейшее уменьшение влажности приводит к возникновению колючих лесов, редколесий, колючих кустарников и, наконец, саванн. Сезонный вечнозеленый влажный тропический лес мало отличается от влажных лесов, где отсутствует сезонность.

Но если вглядеться, отличия все-таки. Он не так высок, не столь могуч. Здесь гораздо меньше высоких деревьев, да и особой толщиной они похвастаться не могут. Лишь немногие стволы на высоте человеческого роста достигают трех метров в диаметре. Ветвиться деревья начинают чуть ниже, чем во влажных джунглях. Здесь редко встретишь древесный ствол, не имеющий ветвей до метровой отметки. И хотя жизнь этого леса отчетливо делится на два неравных по длительности периода, растений с резкими сезонными колебаниями активности здесь совсем немного: Еще ниже полулистопадный лес.

Здесь над расположенным на высоте 14—15 метров пологом леса башнями возвышаются деревья-великаны, достигающие высоты 20—26 метров. Отдельные гиганты вымахивают до 33— 40 метров. И даже среди них только 25—42 процента видов способны сбрасывать листву. Но так как представители вечнозеленых видов встречаются здесь значительно чаще, листопад происходит только у 17 процентов деревьев леса.

Его видовой состав значительно изменяется, и это уже заметно даже неискушенному путешественнику: Они располагаются выше в кронах. В нижнем ярусе этого леса много мелких деревьев, в том числе пальм. Впервые появляются настоящие кустарники. Земля покрыта опавшей листвой, над которой то тут, то там поднимаются травянистые растения, редко образующие сплошной покров.

Они обзавелись специальными приспособлениями на случай засухи: От полулистопадных лесов один шаг до сухих листопадных, по-настоящему зеленых лишь в дождливый сезон. Их за это иногда так и называют — дождезелеными. А дождей здесь совсем. Они приносят на землю —— миллиметров влаги, и лишь кое-где небо бывает щедрее. Сухой сезон длится от четырех месяцев до полугода. В этот период тоже изредка выпадают осадки: Но что значит эта капля влаги при неистово палящем солнце?

Сухой листопадный лес совершенно особое царство. Древесные стволы здесь корявые с такими же искривленными ветвями, которые начинаются чуть ли не от самой земли. Их защищает толстая шероховатая кора, на которой нередко сидят шипы и колючки. Деревья сравнительно невысокие и не толстые, всего 10—12 метров в вышину и 0,5 в диаметре, не снабжены досковидными корнями или корнями-подпорками и не образуют сплошного полога.

Они закрывают лишь 0,6, максимум 0,8 небосвода. Над кронами основного древесного яруса вздымаются деревья 20—метровой высоты. В некоторых лесах встречаются тиковые и саловые деревья ростом до 37—40 метров. Далеко не все виды деревьев этого леса в сухой период освобождаются от листвы, но они здесь встречаются чаще вечнозеленых, поэтому в засуху лес оголяется больше, чем наполовину.

В нижнем ярусе листопадных видов значительно меньше. Здесь круглый год зелено. Тропические листопадные леса не блещут разнообразием видов. Там главным образом растут деревья, относящиеся к бобовым, в том числе акации, альбиции, эритрины. Нередко попадаются значительные участки однопородного леса. По-прежнему еще встречаются пальмы, передки хвойные породы, а вот лиан становится меньше, они не так разнообразны, и многие из них в засуху сбрасывают листву.

Еще значительнее сокращается число видов эпифитных растений, зато те немногие, кому удалось приспособиться к недостатку влаги, порой густо заселяют кроны деревьев. Чем светлее лес, чем больше в нем солнца, тем значительнее подлесок и гуще травяной покров. Он составлен преимущественно многолетними растениями, среди которых впервые появляются злаки. При сокращении количества осадков они высыхают на корню.

К ним добавляется опавшая листва, и наземный ярус приобретает желтовато-белесый или серовато-коричневый цвет. По мере дальнейшего уменьшения количества осадков сухой листопадный лес переходит в редколесья, иногда называемые саванными лесами, и в заросли колючих кустарников, над которыми кое-где возвышаются отдельные деревья. Здесь преобладают акации и другие деревья с искривленными стволами и зонтичными кронами. Часто встречаются баобабы, бутылочные деревья или их различные родственники, относящиеся к семейству баобабовых.

Очень характерна суккулентность — мясистость стеблей или листьев, которые благодаря надежной оболочке, нередко богато опушенной волосками, и малому количеству устьиц способны накапливать много влаги и надежно ее хранить.

В еще более засушливых участках возникает полупустыня с колючими молочаями или кактусами. Чем суше лес, тем отчетливее эта разница. Мир листопадных лесов, тем более обитатели кустарниковых редколесий, кажется, уже не имеет совсем ничего общего с аборигенами сырых дебрей. Между том скрупулезный анализ родственных связей показывает, что эти животные происходят из влажных тропиков. Их предки в далеком прошлом покинули дождевые леса и освоили соседние территории, приспособились к новым для себя условиям существования.

Интересно, что встречной миграции в лес из соседних саванн и пустынь практически не происходило. В числе немногих исключений нужно назвать саранчу — обитателя открытых равнин.

В засушливых тропических лесах животный мир беднее, чем в сумеречных джунглях, но нельзя сказать, что он как-то особенно угнетен. Видовой состав действительно не столь разнообразен, зато общее количество животных велико. Жизнь так и бьет здесь ключом. Это впечатление усиливается тем, что тут достаточно света, нет такого переплетения ветвей, пореже листва, поэтому обитатели леса чаще попадаются па.

Во влажных тропических лесах можно найти самую разнообразную пищу. Здесь способ питания никому не дает решительных преимуществ над другими, не позволяет размножаться в огромных количествах и подавлять своею численностью конкурентов. Поэтому в джунглях нет доминантных, так сказать привилегированных видов животных.

Другое дело листопадный лес. Под его пологом среди претендентов на каждый тип пищи несколько видов животных значительно преобладают по численности над своими конкурентами.

Они лучше других приспособлены к жизни в условиях сезонного леса. Более малочисленные группы просто не в состоянии с ними конкурировать. Виды-доминанты оказывают ощутимое влияние на жизнь лесных сообществ, на весь лес в целом.

Сезонность в жизни растений усугубляет, усиливает степень воздействия климатических факторов на животных. Недаром жители листопадного леса способны размножаться лишь в строго определенные сезоны года.

Даже у обезьян, для которых такие законы не писаны, рождение большинства детенышей приурочено к дождливому периоду, когда в лесу больше всего корма, пригодного в пищу молодым животным. Обитатели влажного тропического леса — домоседы.

Ничто не заставляет их совершать далекие кочевки и путешествия. Правда, когда в Северном полушарии наступает зима, в африканских, южноазиатских и южноамериканских дебрях и даже на лесистых островах Тихого и Индийского океанов, особенно в более прохладных горных лесах, появляются северные гости: Многие из них остаются здесь до полугода и больше, а потом улетают к местам гнездовий.

Но они не в счет. Другое дело тропические листопадные леса. С наступлением сухого сезона многие его обитатели покидают родные места. В каждой группе животных, способных передвигаться на значительные расстояния, непременно встретятся кочевники, для которых покинуть на время засухи неблагоприятную зону — самый простой способ избежать наиболее серьезных жизненных трудностей. Склонностью к путешествиям обладают некоторые крылатые насекомые, например саранча, птицы, летучие мыши и копытные. Сухой сезон длится в листопадных лесах 2—5 месяцев, а иногда и.

На это время все животные, которые не имеют возможности предпринять путешествие, снижают активность. Для одних это снижение не очень значительно, не слишком заметно. Другие впадают в летнюю спячку. Листопадный лес в любые сезоны богат растительными кормами. Правда, далеко не все его дары бывают постоянно доступны. Одни из них в период засухи исчезают, запасы других образуются именно в это время, а во влажный сезон быстро истощаются. Иными словами, запасы кормов подвержены здесь сезонным колебаниям, так что многим лакомкам и гурманам в некоторые периоды становится голодно.

Однако разнообразием кормов этот лес даже богаче, чем влажный. В нем появляется травяной покров. Он придает своеобразие первому этажу и обеспечивает пищей целую группу животных, в том числе крупных копытных. Среди них видное место занимают всевозможные черви, тысяченожки, клещи, ногохвостки, тараканы. Активно участвуют в утилизации опавшей листвы вездесущие термиты. Обилие сезонных растительных кормов создает предпосылки для сезонного обилия дичи, поэтому даже размножение хищников приурочено к определенному сезону года.

Кто же из животных обитает в сухом листопадном лесу? Чаще всего здесь попадаются на глаза термиты, правда, не сами насекомые, а следы их строительной деятельности. Эти существа боятся высокой температуры, прямых солнечных лучей и не переносят значительного понижения влажности.

Сухость воздуха — самый опасный враг термитов. Вот почему они здесь с таким старанием и трудолюбием возводят свои гигантские дома. Термитники высотой от 1 до 3 метров, а иногда и значительно более крупные — явление обычное. В некоторых районах леса встречаются лишь единичные сооружения, но бывает, что они заполняют все пространство между деревьями.

Иногда на одном гектаре их насчитывается больше тысячи, а это значит, что на каждый термитник приходится меньше 10 квадратных метров. В этом случае они не бывают большими, но их фундаменты занимают от 0,1 до 3,7 процента площади леса! Деятельность термитов в большей степени, чем во влажных джунглях, приурочена к почвенно-подстилочному слою. Они играют важную роль в жизни леса. Ими съедается огромное количество растительности.

Большинство использует в пищу лишь отмершие растения, в первую очередь сухую траву, листовой опад, древесину давно погибших деревьев. Ждут, когда она превратится в сено. Другие используют в пищу и зелень, но таких. Наконец, есть виды, не брезгующие гумусом лесной подстилки, навозом, оставляемым слонами, буйволами, антилопами и другими копытными животными, и даже принимающие участие в уничтожении трупов животных.

Обильные экскременты термита удобряют почву, увеличивая ее плодородие. При постройке жилищ и сооружении подземных галерей из глубин на поверхность выносится огромное количество земли.

В результате она хороню перемешивается, а бесчисленные подземные туннели, пронизывающие во всех направлениях почвенный слой, делают почву рыхлой и обеспечивают доступ воздуха к корневой системе растений. Сами термиты являются ценным кормом и но своим питательным качествам, вероятно, превосходят здесь все виды пищи. Термитами питаются все, кому не лень, разыскивая их в лесной подстилке, вскрывая подземные и надземные коридоры.

Для хищных муравьев термиты — основная дичь. Каждая семья добывает в день от нескольких сот до нескольких тысяч беззащитных рабочих термитов, а иногда убивает и солдат. К постоянным потребителям этого вида пищи присоединяются все мелкие и многие крупные хищники, в меню которых насекомые обычно не входят. Даже сервал, достаточно крупный африканский кот, давит или сбивает лапой на землю летящих насекомых и с видимым удовольствием слизывает поверженную дичь.

Брачный полет термитов становится праздником живота для самых разнообразных птиц. Ими лакомятся сизоворонки и щурки, спускаются к земле ласточки, суетятся дятлы, которым в другое время так не свойственно ловить насекомых прямо на поверхности земли.

Активно включаются в истребление крылатых термитов все мелкие соколы и ястребки, сычи и совы. Даже гиганты пернатого мира — огромные орлы и падальщики-грифы, забыв на время свои вкусы и охотничьи привычки, дежурят у термитников, совершенно не обращая внимания на кишащую здесь в изобилии более крупную дичь. Все внимание сосредоточено на выходных отверстиях небоскреба, и птицы торопливо склевывают выползающих оттуда насекомых. Второй массовый потребитель растительной пищи — саранчовые, которые особенно многочисленны там, где хорошо развит травяной покров.

Для стадных видов саранчи большое значение имеет синхронизация индивидуальных жизненных циклов. Им важно вместе родиться, дружно расти и развиваться, ни на шаг не отставая друг от друга и не опережая своих товарищей, чтобы одинаково хорошо приготовиться к трудному путешествию и в один прекрасный день, собравшись в дружную стаю, отправиться на поиски богатых кормом угодий. Вот почему массовые виды саранчовых обитают в местах с четко выраженными сезонными изменениями климата и практически не живут во влажных джунглях.

В отличие от термитов саранчовые питаются зелеными частями, главным образом листьями травянистых растений. Живут они на земле, но в сезонных лесах обитают и древесные формы, поедающие листья кустарников и даже высоких деревьев. В сезонных тропических лесах много крупных травоядных, или, точнее, растительноядных животных, так как некоторые из них питаются и древесной листвой. Это в первую очередь слоны, которые при отсутствии листьев охотно питаются травой.

По мере того как лес становится суше, уменьшается количество деревьев с сочными листьями и побегами, на них появляется все больше колючек, а участки сплошного травостоя начинают встречаться повсюду, травянистые растения занимают все большую долю в питании гигантов суши.

Во время пастьбы слоны медленно передвигаются, на ходу закручивают хоботом пучки травы и выдергивают их частично с корнями, а затем ударом о приподнятую переднюю ногу стряхивают землю и отправляют в рот.

В кустарниковых редколесьях немало антилоп. Это главным образом животные среднего размера, но сюда нередко заглядывают и их более крупные сородичи и внушительные саванные буйволы. Большинство ведет стадный образ жизни, но в лесной зоне больших скоплений не образует. Антилопы не брезгуют древесной листвой. Правда, ветви чаще всего растут по от самой земли, по животные встают на дыбы и все-таки дотягиваются до зелени, даже если она находится на высоте 2—3 метров.

Удивительно грациозно выглядит геренук, когда поднимается на тонкие задние ножки. В этот момент его красивая голова оказывается над вершиной молодого деревца, с которой он ощипывает листья, недоступные другим наземным животным. В сезонных лесах можно столкнуться с жирафами. Эти существа питаются листьями деревьев. Нагибаться к земле для них и сложно и опасно. Зато дотянуться до вершины не составляет особых трудностей.

Рост взрослого животного 5,5 и даже 6 метров. Жирафы очень любят лакомиться молодыми листочками и веточками акации, срывая их с вершин, где те обычно нежнее. Впрочем, жирафы не боятся колючек. Их язык, достигающий в длину 30—50 сантиметров, покрыт толстой ороговевшей оболочкой, а губы поросли густой и жесткой щетиной. Ловко орудуя липким языком, животные срывают небольшие веточки и прямо с колючками отправляют в рот, но морду стараются не уколоть.

Поэтому деревья они объедают лишь сверху, а внутрь кроны совать голову не решаются. Там, где кормились жирафы, деревья кажутся аккуратно подстриженными. Такая обработка дереву не вредит. Другое дело слоны, которые обламывают ветви, сдирают кору и могут погубить дерево. В австралийских сезонных разреженных лесах самые крупные потребители растительной пищи — кенгуру. Они одинаково охотно поедают и травянистую растительность и листья некоторых кустарников, тем более что в Австралии многие из них сохраняют листву даже в засушливый сезон.

Существуют и древесные кенгуру. Они отлично лазают по деревьям, где проводят светлое время дня, а ночью спускаются на землю, так как листья и плоды не являются единственной пищей этих миролюбивых животных.

В лесах Австралии и Новой Гвинеи древесные кенгуру заменяют обезьян. Они способны соскакивать на землю с высоты 3—4-этажного дома, при опасности перескакивают с дерева на дерево, покрывая расстояние до 10 метров, но когда не торопятся, слезают по стволу как медведи, хвостом.

Появление в разреженных лесах участков, покрытых травянистой растительностью, где чаще всего доминируют злаки, серьезно отразилось на животном мире. Травы, произрастающие в засушливых лесах, чтобы выжить, должны производить много семян.

Это создало кормовую базу еще для одной группы вегетарианцев — зерноядных птиц: Самые массовые из них ткачики, относящиеся к отряду воробьиных. Взрослые ткачики потребляют растительную пищу, а птенцов выкармливают насекомыми, что заставляет время размножения приурочивать к дождливому сезону, когда они появляются в изобилии. К моменту вылета птенцов из гнезда и переходу на самостоятельное питание начинают созревать семена злаков. В этот момент они еще нежные, так сказать, в состоянии молочно-восковой спелости.

Именно то, что нужно, чтобы постепенно адаптироваться к пище взрослых птиц. Засушливые листопадные леса и кустарниковые редколесья поражают обилием птиц. Некоторые виды деревьев особенно привлекают. В том числе уроженцы Африки — баобабы с многочисленными дуплами в огромных стволах. Они дают приют даже гигантам — птицам-носорогам и рогатым воронам.

На Земле обитает целая группа крупных птиц, избегающих влажных и темных дебрей. В Азии это турачи, широко распространенные от тропиков до южных районов нашей страны, внешне напоминающие куропаток и чуть больше их ростом. При опасности сначала улепетывают пешком, видимо, больше полагаясь на быстроту ног, чем на надежность крыльев, однако вскоре теряют самообладание и, свечкой взлетев над кустарником, стараются поскорее оказаться подальше от врага.

Но, утомившись, планируют вниз и снова удирают по земле. Здесь же обитают фазаны, дикие, или кустарниковые, куры, предки наших домашних, и самый крупный представитель отряда куриных — царственный павлин, а в Африке — цесарки.

Среди американских птиц наиболее интересны тинаму — плохо летающие приземистые существа, размером от перепела до крупной курицы, с не очень длинными, но сильными ногами. В центральных и южных районах Северной Америки самыми крупными лесными птицами некогда были дикие индейки, предки домашних индюков. Кормились исполины на земле, а отдыхали и спасались от врагов на деревьях. К взрослым птицам с двухнедельного возраста присоединялся молодняк, рано начинающий летать.

В брачный период самцы энергично токовали, а если случался соперник, то и дрались. К сожалению, эти птицы почти повсеместно истреблены и токующего дикого индюка можно увидеть разве что в зоопарке.

Все наземные птицы растительноядны, хотя никогда не откажутся от жирного кузнечика. Когда животные корма обильны, они составляют существенную часть рациона этих птиц, имеющих сходное поведение и одинаковые вкусы. Только павлины тяготеют к более влажным, более густым, а главное, к более высокоствольным лесам. Однако травянистые поляны и прогалины — непременное условие их благополучного существования.

Здесь они кормятся листьями и семенами разных трав, падалицей всевозможных плодов и ягод, а на высокие деревья взлетают в случае опасности и здесь же, забравшись поближе к вершине, недоступные для наземных хищников, проводят ночь. В сухих листопадных лесах много мелких попугаев, способных питаться достаточно сухим зерновым кормом. Некоторые из них нам хорошо знакомы, так как из-за своей неприхотливости давно научились размножаться в неволе и теперь получили прописку в наших квартирах.

В первую очередь это австралийские волнистые попугайчики, тысячными стаями кочующие по окраинам эвкалиптовых лесов, их соседи и ближайшие родственники травяные и певчие попугайчики, розеллы, кореллы все из той же Австралии и многочисленные виды африканских неразлучников. Из четвероногих потребителей растительных кормов здесь, как и всюду, много грызунов. Самый крупный житель Старого Света — азиатский дикобраз. Он может обитать повсюду, от влажных вечнозеленых лесов до засушливых степей.

Его ареал захватывает субтропические леса, в том числе юг Европейского континента, Азербайджана и Средней Азии. Живет он в пещерах, гротах или самостоятельно вырытых огромных норах. Ощетинившееся животное имеет внушительный вид.

В сухих тропических лесах обитает немало древесных грызунов. Кто из них, живя в лесу, не пытается влезть па дерево? Белки — типичные верхолазы. Самые крупные — яркоокрашенные ратуфы, азиатские гигантские белки, они живут как во влажных, так и в листопадных лесах. Способны совершать огромные прыжки до 6 метров в длину и спрыгивать с метровой высоты! Разреженные леса — вотчина планеристов.

Наибольшей известностью пользуются летяги. Самая крупная из них — тагуан, существо величиной с хорошую кошку, живет в Юго-Восточной Азии. Основная пища этих животных — листья. Лишь там, где они в засушливый сезон съедобны, могут существовать вегетарианцы.

Огромное количество обитателей сезонных лесов питается пыльцой и нектаром цветов. Самые массовые сборщики цветочных даров — насекомые. Среди нектароедов видное место занимают птицы. Наиболее известны крохотные колибри.

Калевала [1]. «Калевала» | Лённрот Элиас

О пристрастии к нектару других птиц нетрудно догадаться по их названиям. Это цветочницы, нектарницы, цветососы, медососы Самые крупные из них попугаи лорикеты, но они не ограничиваются нектаром.

Лакомки приносят огромную пользу, участвуя в опылении растений. Для северянина может показаться неожиданным, что летучие мыши, которые в наших лесах с наступлением темноты отправляются на охоту за насекомыми, в тропиках питаются плодами, а иногда даже орехами и семенами.

Конечно, это совсем другие виды летучих мышей. Самые крупные рукокрылые — крыланы. Рекордсмен среди них — калонг, обитающий на острове Ява. Размах его крыльев — полтора метра, а вес около килограмма.

Такого исполина "назвать летучей мышью было бы неудобно. Крупных крыланов нарекли летучими лисицами и летучими собаками. Их вытянутые морды и остренькие уши действительно дают некоторое основание для такого наименования. Среди многочисленной когорты летучих мышей немало нектароядных. Сластены посещают цветы, у которых венчики открываются лишь ночью. Но на одних сладостях млекопитающие существовать не могут. Как и в любом лесу, самые многочисленные хищники — муравьи. За год они уничтожают огромное количество насекомых.

Одни из них охотятся в кронах деревьев, другие добывают пищу на земле, третьи прокладывают свои маршруты в подстилке или в подземном ярусе, четвертые терроризируют термитники или проникают в дома других видов муравьев Самые свирепые охотники леса — не львы, не тигры и не волки, а бродячие муравьи. Когда, рассыпавшись широким фронтом, они прочесывают местность, все живое уступает им дорогу. Сворачивают в сторону даже слоны. Если солдаты муравьев-кочевников проникнут внутрь хобота и вопьются в его нежные стенки, боль, по-видимому, непереносима.

Во всяком случае, гиганты приходят в бешенство. Передвигающиеся массы муравьев сопровождает свита из птиц, которые охотятся за насекомыми, вспугнутыми маленькими хищниками. Это отнюдь не случайные наблюдатели, привлеченные активными действиями охотников. Птичья свита имеет настолько постоянный состав и ведет себя столь характерно, что имеет даже специальное название.

В сезонных тропических лесах в сравнении с дождевыми заметно меньше амфибий-верхолазов. Для них наверху слишком много солнца, слишком сухо, жарко и не хватает удобных для отдыха мест. Рептилии лучше защищены от высыхания.

Многие змеи, в том числе яичные, ведут древесный образ жизни. У пернатых обитателей сезонных лесов размножение происходит в наиболее благоприятное для них время года.

Для яичных змей это оборачивается периодами изобилия и голодными сезонами. В связи с этим у них выработалась способность быстро накапливать жир и затем легко переносить длительные голодовки. Среди млекопитающих самые массовые хищники -летучие мыши. Они не ограничиваются насекомыми. Крупные представители рукокрылых специализировались на охоте за лягушками, ночными ящерицами и даже за рыбами. Вампиры, питающиеся кровью, нападают, главным образом, на крупных млекопитающих: Из более крупных хищников обычны мангусты, циветты, хорьки, зориллы, мелкие и самые крупные кошки львы, гепарды, пумы и особенно леопарды.

Африканские кошки заходят в эти леса из саванн, а тигры в Азии из более влажных джунглей. Только преодолев эти безжизненные районы, а на севере еще и горы, можно было 2—3 тысячи лет назад снова увидеть настоящие лесные массивы.

Здесь в то время росли вечнозеленые субтропические леса. Они опоясывали каймой берега Средиземного моря от Гибралтара до Турции. Средиземноморье — колыбель человеческой цивилизации. С доисторических времен колыбель принято делать из сухой древесины и ставить поближе к очагу. Ради этой общечеловеческой люльки, ради того, чтобы огонь в очаге цивилизации не угасал, здесь с незапамятных времен велись заготовки дров и деловой древесины. Постоянные пожары и неумеренный выпас скота, обычные спутники цивилизации, привели к исчезновению лесов.

Они сохранились лишь в виде жалких остатков, серьезно измененных воздействием человека. Дальше к северу, по мере того как становится холоднее и заморозки случаются систематически, вечнозеленые растения уступают место деревьям, сбрасывающим на зиму листву.

Так субтропические вечнозеленые леса постепенно сменяются широколиственными листопадными. Эта растительная формация специфична для Северного полушария. К югу от экватора ее истинные аналоги практически не встречаются. Некогда в Европе они тянулись широкой лентой, но теперь повсеместно сведены и нигде не образуют больших массивов, а в Азии и Северной Америке занимают лишь восточные районы континентов, до которых дотягивается дыхание океанов.

Для благополучия листопадных широколиственных лесов необходимо обилие влаги, равномерно распределенное по веем сезонам года. Уменьшение осадков — один из важнейших факторов, ограничивающих их распространение на юг.

Резкое падение среднесуточных температур в зимние месяцы приводит к перерыву в развитии большинства растений. Основные древесные породы не способны к бурным всплескам жизнедеятельности. Чтобы весной восстановить активность, а осенью подготовиться к длительной консервации, им необходимо много времени. Широколиственные листопадные леса в большинстве своем высокие и с сомкнутым пологом.

Кустарники и древесная поросль достаточно полно заполняют пространство между стволами, но могут и совершенно отсутствовать. По Гирканскому лесу, что растет на юге Азербайджана, можно было бы свободно проехать на самосвале, раскинься он на равнине, а не на склонах Талышских гор. Листопадный лес может быть образован одним видом деревьев: Ограниченный видовой состав характерен для Европы.

Азиатские леса значительно разнообразнее. Травянистый покров состоит из многолетних теневыносливых растений. Но и им для развития репродуктивных органов — цветов и семян — света может не хватить. Поэтому они бурно цветут и дают семена ранней весной, пока на деревьях не распустились листья и не закрыли их от солнца, а затем их надземные части отмирают.

Масса сбрасываемой листвы, деревья ведь широколиственные, осенью толстым слоем покрывает землю. Разлагаясь, опад создает постоянно наращиваемый слой гумуса. Листва и гумус не дают поселиться у подножий деревьев мхам. Этим широколиственные леса заметно отличаются от своих северных соседей.

Под пологом широколиственного леса летом царит полумрак. Особенно густую тень дают буковые леса. Лес способен сохранять прохладу даже в разгар лета. А это означает, что не прогревается и лесная почва. Ее температурный режим существенно отличается от режима лугов и полей. Вот почему здесь охотно поселяются мелкие растения — выходцы из северных лесов, если способны переносить густую тень.

Широколиственным лесам свойственна четкая сезонность. Когда в Северное полушарие приходит осень и дни становятся короткими, а температура воздуха резко падает, начинается листопад. Все лесные обитатели воспринимают приход осени как экологическую катастрофу. Трудно назвать кого-нибудь из коренных жителей леса, совершенно не затронутых этим событием. К приходу осени все живое готовится заблаговременно, и когда землю покроет снег, жизнь в лесу скудеет, замирает в ожидании очередной весны, тепла, зеленого половодья листьев!

Тайга протянулась от Кронштадта до Владивостока. Пояс этот не везде одинаково широк, и, если его наложить на глобус, станет заметно, что он скособочен. Севернее всего таежные массивы расположены на самом западе страны. Здесь тайга начинается у Пскова на м градусе северной широты, а на Кольском полуострове и на севере Скандинавии, пользуясь теплым дыханием Баренцева моря, перехлестывает за Полярный круг.

Восточнее обе границы смещаются в южном направлении, но пояс тайги становится шире. Самая широкая часть расположена между Енисеем я Леной, начинаясь почти у Полярного круга и уходя за пределы нашей страны. Дальше таежная полоса опять сужается, но совсем не потому, что отступает на север. На берегах Охотского моря северная граница хвойного леса оказывается на й параллели, а на полуострове Камчатка даже на й, там, где под Ленинградом лежит его южный предел.

Набедренники боевого горна

Ну а южная окраина, несмотря на близость теплого Японского моря, спускается на Сахалине к му градусу северной широты. Большая часть этого огромного лесного царства круглый год зелена, так как из основных древесных пород тайги только лиственницы сбрасывают на зиму хвою. У таежных деревьев неодинаковые потребности в свете, тепле и влажности.

А этими благами лес наделен далеко не в одинаковой степени. Количество получаемого сушей тепла в первую очередь зависит от широты местности. Наша тайга пересекает 20 широтных градусов, а это больше километров. Еще более впечатляет длина таежного пояса. Его протяженность на Евроазиатском континенте превышает 10 тысяч километров. Начинаясь на западе в приморских районах, тайга и на востоке упирается в берега океана. Близость моря гарантирует достаточное количество осадков, зато в центральных районах климат резко континентальный и получить необходимое количество влаги проблематично.

Освещенность тоже далеко не одинакова, существенно отличаясь по продолжительности светлой части суток, по количеству солнечных дней. Температура, количество осадков и тем более доза солнечных лучей, получаемая лесом, важны не на протяжении всего года, а лишь в течение немногих летних месяцев. Что происходит в разгар зимы, для тайги практически не имеет никакого значения. Зимой самое страшное, конечно, морозы, в особенности когда они сочетаются со скудностью осадков и обрушиваются на лес, не прикрытый от холода достаточно толстым слоем снега.

На полюсе холода в Верхоянске и Оймяконе в разгар зимы случаются морозы до — 70 градусов, а среднемесячная температура самого холодного месяца января равна —50! И тем не менее лес там растет. Оказывается, для тайги не так важны зимние температуры, как летние. Деревья могут существовать лишь там, где хотя бы в течение одного летнего месяца средняя температура оказывается выше 16, а так обычно и бывает на полюсе холода в зоне резко континентального климата, где летом может стоять настоящая жара до 35 градусов!

По характеру, по доминирующему составу растущих здесь деревьев тайгу делят на темнохвойную и светло-хвойную. Ели, пихты, сибирская сосна, больше известная у нас как кедр, а на Американском континенте еще и тсуги — вот короткий перечень видов, из которых состоит темнохвойная тайга. Эти деревья не сбрасывают на зиму хвою, а значит, испаряют воду в течение всего года. Поэтому темнохвойным лесам нужен влажный климат с не особенно холодными, но снежными зимами. Теневыносливые таежные аборигены не любят солнечных весен, которые будят вершины деревьев значительно раньше, чем просыпается корневая система.

Это приводит к значительному расходу воды на фотосинтез и усиливает испарение в период, когда земля еще не оттаяла и деревьям неоткуда черпать влагу.

Темнохвойные леса есть и в центральных районах Сибири, но там они жмутся к речным долинам, а в горах обычно предпочитают менее солнечные северные склоны или районы с более теплым климатом. В темнохвойной тайге ель наиболее зимостойка и, видимо, поэтому широко распространена. Второе дерево тайги пихта. Правда, она редко занимает в лесу монопольное положение, а чаще растет в компании с елью или кедром.

Самое большое, красивое и, несомненно, самое ценное дерево темнохвойной тайги — кедр сибирский. Это могучие деревья, с широкой, раскидистой, нередко многовершинной кроной, пепельно-серебристой корой на молодых стволах и ветвях, с длинной, до 12 сантиметров, мягкой, собранной в пучки по 5 штук темно-зеленой хвоей.

Старые кедры поднимаются на высоту до 35—40 метров, стволы на высоте человеческого роста достигают 1,5—2 метра в диаметре. Шишки по 2—3 растут на концах верхних побегов лишь в самой верхней, метр-полтора, редко двухметровой части кроны. Зрелые кедры в урожайные годы приносят по — шишек, и в каждой из них до орешков. Единственный недостаток кедра — слишком медленный рост и развитие.

В густых кедровниках деревья начинают плодоносить лишь к 40—50 годам; Поэтому, несмотря на высокие достоинства древесины, заготовку кедров давно пора прекратить, ограничив хозяйственную деятельность в кедровниках лишь сбором урожая орехов.

Им кормятся и мелкие грызуны, и такие гиганты тайги, как бурые медведи, и даже типичные хищники, вроде сластен-соболей. Белки, кедровки и некоторые другие обитатели тайги совершают большие миграции в поисках плодоносящих деревьев. И все потребители орехов откликаются на их урожай усиленным размножением.

У деревьев темнохвойной тайги густые кроны, часто образующие сплошной полог, что создает особую экологическую среду. На дне темнотаежного моря относительно спокойно. Злые северные ветры смиряют здесь свой пыл. Температура воздуха в течение суток не делает резких скачков, а влажность воздуха всегда повышена. Скудность солнечных лучей и отсутствие ветра затрудняют теплообмен между почвой и нижними слоями воздуха. В результате лесные почвы здесь всегда холодные.

Весной они прогреваются позже, чем в светлых борах. В глубине темнохвойной тайги травяной покров и подлесок развиты слабо.