Теперь также внимательно познакомившись с описанием сделай портрет клоуна

Вы точно человек?

Чтобы дорисовать его портрет, расскажу о нем еще одну .. В цирке Фюрера клоун выступал на раусе, и потому отец считал На западе он применяется также на эстраде в малых формах. В цирке Кука отец впервые познакомился с работой на турнике. Вот описание курбета. Описание внешности. .. Письмо зарубежному другу, а также в редакцию журнала/газеты должно . структурировать рассказ по теме «Портрет»;. Перевод контекст "клоун" c русский на французский от Reverso Context: Этот клоун из секретной службы явно нас сдал.

Затем Константин оставил манеж, а Леон стал художественным руководителем передвижных цирков до года. Последний скончался 13 июня года, Константин спустя полгода — 26 января года. А вот еще один обрусевший итальянец — Джузеппе Демаш С года стал работать как клоун под псевдонимом Жак. Его партнерами в разное время были: Гарри, Фабри, Андро, Сим. Социалистическую революцию Демаш принял всей душой и остался работать в России.

В году стал выступать в дуэте с Григорием Мозелемпсевдоним — Мориц под общим псевдонимом Жак Рыжий клоун и Мориц Белый клоун. Вот как работу этих клоунов описывал в своих мемуарах их коллега — Юрий Никулин: Выглядели клоуны на манеже аккуратными, чистенькими.

У многих Рыжих бросались в глаза нарочитая небрежность в костюме. Демаш и Мозель выходили в отутюженных костюмах, и мне представлялось, что и белье на них белоснежное, накрахмаленное. В жизни Демаш замкнутый, не очень-то разговорчивый. Мозель более открытый, общительный, добрый и отзывчивый. Он любил, когда их хвалили а кто этого не любит? Если в рецензии на программу их вдруг в чем-то упрекали — что бывало очень редко, он бушевал за кулисами.

Подходил к каждому встречному с газетой и, тыча пальцем в статью, возмущался: Демаш давал Мозелю коробку с тортом и просил отнести его на именины какой-то знакомой Марии Ивановне. Дорогу он объяснял так: Выйдешь из метро и увидишь ее дом. Зайдешь к Марии Ивановне, отдашь торт, поздравишь ее с именинами и вернешься в цирк. Объяснив все это, Демаш уходил с манежа, а Мозель открывал коробку с тортом и хитро говорил: Но только Мозель успевал проглотить последний кусок торта и спрятать под ковер пустую коробку, как на манеже появлялся Демаш.

Значит, будет все в порядке. Мозель падал, дрыгал ногами и истошно кричал: К нему подбегали униформисты. Они укладывали бездыханное тело клоуна в ящик из-под опилок; когда же ящик поднимали, публика видела, что он без дна, а посредине манежа с венком на шее и свечкой в руках сидел Мозель.

Ящик-гроб медленно несли к выходу. За ними со свечкой в руках, как бы хороня самого себя, шел Мозель, а рядом с ним Демаш, и они оба плакали. Так они и покидали манеж под аплодисменты и смех зрителей. Она берет чужие вещи, и мне приходится наутро все возвращать владельцам. Да вот она сама идет!

Под зловещую музыку на манеж выходила жена Белого. Эту роль играла жена Мозеля. Она шла как сомнамбула, с вытянутыми руками, подходила к дрожащему от страха Рыжему, снимала с него шляпу и уносила ее за кулисы.

Рыжий волновался, Белый успокаивал его: Подходила к Рыжему и, забрав у него из кармана бумажник, уходила. В процессе клоунады женщина выходила на манеж еще несколько раз и на глазах у публики забирала у Рыжего часы, пиджак, галстук… В последний приход она брала под руку самого Рыжего и вела его к выходу. В детстве он работал в цирке Логинова, в — годах — в цирке А. С года стал выступать как клоун-дрессировщик: Однако под этой маской часто скрывался серьезный подход: Золло включал в свой номер сатирические монологи, эпиграммы, репризы на политические темы, за что не раз преследовался властями — подвергался административным репрессиям.

После Великой Октябрьской революции Золло принял сторону большевиков и, расширив состав зоогруппы в нее входило свыше животных!

В е годы оставил клоунаду и стал выступать исключительно как дрессировщик. Золло 18 февраля года. Начинал свою карьеру в году в балагане М. Егорова — выступал с номерами на трапеции и кольцах. В начале х стал выступать как клоун в дуэте с В. В его внешнем облике гриме, парике, костюме почти не было утрировки. Артист избегал трафаретных клоунских трюков, разговаривал на манеже естественно, почти без нарочито-комического искажения языка.

Калядину удавались и злободневные сатирические сценки, и буффонадные антре; исполнял женские роли. В — годах был партнером Д. Калядин 13 ноября года. Дуэт возник в году, когда оба артиста выступали как клоуны у ковра в цирке Яковлева в Подольске. Сначала выступали в образах Белого Антонов и Рыжего Бартенев клоунов, но в году сменили маски: В том же году Антонов и Бартенев стали премьерами Московского цирка.

В цирковой энциклопедии о них сказано следующее: Впоследствии дуэт отказался от масок Пата и Паташона и начал выступать с буффонадными антре. В образе, созданном Бартеневым, было много от психологии наивного ребенка, обидчивого, но незлобивого; его актерской манере была свойственна мягкость.

Антонов играл роль человека, стремившегося к осуществлению какой-либо цели; был серьезен, самодоволен, прямолинеен. А вот как описывал игру этого дуэта клоун Борис Вяткин, который работал с ними в Саратовском цирке в самом конце х: Антонов в роли Белого изображал волевого, напористого, но недалекого человека, любителя покомандовать. Бартенев в роли Рыжего был по-детски наивен, доверчив и незлобив.

Антонов настойчиво обучал новичка В. Несчастный вид Бартенева убедительно свидетельствовал, что ему не нравится этот вид спорта. Бедняга на коленях умолял Антонова отпустить. В финале клоунады Бартенев, еле оправившись от нокдауна, с ожесточением молотил своего учителя и, шатаясь, уходил с манежа.

Бартенев бросал ему перчатки и категорически заявлял: Неожиданно Антонова вызывали за кулисы. В это время Бартенев начинал играть с куклой и нечаянно разбивал ее на куски. С минуты на минуту вернется строгий хозяин куклы, и тогда начнется ужасный скандал! Выход один — спрятать осколки и самому лечь в ящик вместо куклы. Приходил благодушно настроенный Антонов, вытаскивал куклу, превосходно изображаемую Бартеневым, и начинал с ней забавляться: Доведенный до отчаяния Бартенев ударял своего партнера.

Бартенев скончался 1 августа года, Н. Антонов — 22 января года. Братья Кольпетти — дуэт двух музыкальных клоунов в лице братьев Грудзинских — Петра и Дмитрия Так, Петр в году создал в Саратовском цирке музыкально-эксцентрический дуэт с Н. Морозовым, пять лет спустя — с С. Что касается Дмитрия, то он к цирку не имел отношения — служил валторнистом в симфонических оркестрах Саратова, Ростова-на-Дону, Нахичевани.

И только в году братья объединяются и создают дуэт братьев Кольпетти, где они помимо традиционных куплетов, текстовых реприз между музыкальными номерами, разыгрывали сатирические скетчи, обозрения на политические и бытовые темы.

В тандеме Петр исполнял комедийные роли, а Дмитрий был резонером. Дуэт распался в августе года, после того как Дмитрий погиб в автомобильной катастрофе. Грудзинский пережил брата на полтора десятка лет — он скончался 16 января года. Братья Лавровы — два клоуна из цирковой династии Лавровых основатель — Лаврентий Никитич Лавровнастоящая фамилия — Селяхин: Петр и Николай Оба были Рыжими клоунами и выступали с конца х годов.

Как написано в цирковой энциклопедии: Николай Лаврентьевич известен как соло-коверный, затем в качестве Рыжего клоуна в дуэте с различными партнерами с С. Трюки подавались в занимательной форме, пародийно имитируя занятия школьников нерадивого ученика, отличника, подсказчика.

В этом амплуа комика-дрессировщика Ермаков проработал на арене до года. Еще один комик-дрессировщик — Григорий Заставников На цирковую арену он пришел в возрасте семи лет в качестве эквилибриста и гимнаста на трапеции. Долгие годы работал в этом амплуа со своим братом Владимиром. Но после его смерти в году Григорий исполнял акробатические номера с П. Коровиным, пока в начале х не решил уйти в комики — дрессировщики собак. Помогала ему в этом его жена Клавдия. Свои номера с дрессированными животными Заставников строил как комедийные, сатирические или пародийные сценки.

Наиболее известными среди них были: Параллельно Заставников работал коверным в Узбекском цирковом коллективе, за что в году был удостоен звания народного артиста Узбекской ССР. Другой комик, работавший с дрессированными собаками — Алексей Цхомелидзе В — годах работал в цирке братьев Никитиных как коверный клоун псевдоним — Алекс. С года стал выступать с дрессированными собаками. Цхомелидзе соединял в своем номере эксцентрическое действие и слово.

В году в пантомиме В. В году начал свою творческую деятельность в воронежском любительском цирке в качестве акробата и вольтижера на рамке. Коверным клоуном стал в году. Был клоуном широкого диапазона, мимист, обладал талантом импровизатора, играл на многих музыкальных инструментах. Расцвет его творчества приходится на 30 — е годы. Вот как о нем вспоминал в своих мемуарах его коллега Юрий Никулин: Мало в каких книгах, рассказывающих о цирке, об искусстве клоунады, в специальных справочниках упоминается фамилия клоуна Сергеева.

Но кого из старых опытных артистов ни спроси о нем, тут же воскликнут: Помню, еще занимаясь в студии клоунады конец х. А вот Серго — это да!

Во время учебы мы слышали много знаменитых фамилий: А вот о Серго — впервые. И действительно, когда в Калинине я увидел клоуна Серго артисты между собой Алешу Сергеева называли Мусляя убедился — Буше был прав. Почему все его звали Мусля? Долго я не мог допытаться. А потом кто-то из старых артистов объяснил мне: И верно, он и ко мне подходил в цирке и говорил: Клоун Серго всегда как бы стоит перед моими глазами — тихий, незаметный человек, удивительно скромный. Встретит его кто-нибудь на улице — небольшого роста, коренастый, рыжеватые, чуть выбившиеся из-под кепки вьющиеся волосы, добрые глаза — и подумает: Такой Серго с виду.

Зубы желтые от табака, но, когда он улыбался, работая на манеже, улыбка получалась ослепительно доброй и застенчивой. Красивый, но красоты негромкой, чисто русской. Выглядел чуть старше своих тридцати пяти лет. Часто можно было застать его сидящим за кулисами на скамейке и о чем-то думающим.

В жизни Мусля говорил отрывисто, высоким голосом, так что с трудом можно было разобрать, что он хочет сказать. А на манеже обходился почти без текста.

На манеж он выходил в сдвинутой немного на затылок обыкновенной зеленой фетровой шляпе, в потрепанном темно-зеленом пиджаке, в широких коричневых штанах на лямках, в чуть-чуть утрированных ботинках с загнутыми вверх носами. За костюмами своими он не следил. Забывал сдавать рубашки в стирку. Добрые костюмерши входили в его гардеробную, которую он никогда не закрывал, и сами забирали рубашки. Основное в его работе — обыгрывание простых предметов.

Грабли, тросточка, тачка, на которой увозят ковер… Иногда он обыгрывал реквизит, который только на манеже использовали артисты. Прекрасно стоял на руках, делал поразительные каскады. Люди смеялись, а сердце могло сжиматься от грусти. У Мусли, как говорится, все было от бога. Он мог выйти на манеж, взять любой первый попавшийся предмет — мяч, стул, метлу, булаву — и так все обыгрывать, что весь зал начнет хохотать. Он обладал великим даром импровизатора.

Сохранив способность воспринимать все как ребенок, он умел по-настоящему радоваться на манеже и заражать этой радостью. Образ, напоминающий маску Чарли Чаплина, но совершенно своеобразный. Он выводил за руку на середину манежа инспектора и, отойдя от него на несколько шагов, вытягивал вперед руку и указательным пальцем манил инспектора к.

Тот подходил вплотную к клоуну, а палец продолжал двигаться. Инспектор некоторое время стоял, глядя на этот двигающийся палец, а потом как бы в раздражении ударял клоуна по руке.

Но палец продолжал его манить к. Тут уже пугался сам Мусля. Он с неподдельным ужасом смотрел на палец, который никак не мог остановиться. Зрители видели удивительное действие, когда клоун пытается остановить шевелящийся палец.

Он зажимал руку под мышку, прятал ее в карман, становился на палец ногой, а палец все равно продолжал двигаться.

Наконец Мусля клал неукротимый палец на барьер и бил по пальцу молотком. От страшной боли клоун подпрыгивал и быстро клал палец в рот. Палец двигался во рту, от чего щеки у Мусли смешно оттопыривались. Когда он извлекал палец изо рта, один из униформистов подавал клоуну пилу-ножовку. Мусля подносил ножовку к пальцу, и вдруг палец, как бы испугавшись, замирал.

Облегченно вздохнув, сияющий клоун уходил с манежа, но около самого выхода палец снова оживал. Мусля, с отчаянным криком отбросив ножовку, убегал за кулисы. Пустяк, примитив — двигается палец, а клоун пугается. Но как делал это Мусля! Некоторые коверные пытались скопировать эту репризу. Ничего у них не получалось. Это было органично только для Мусли, маленького, лохматого, наивного, смешного, странного человека… Что бы Мусля ни показывал, все выглядело у него великолепно. Вот перед исполнением очередной репризы он снимал пиджак — и зрители видели рваные рукава рубашки и драную спину.

А раздевался он важно, как денди. Денди снимает пиджак, а под ним — лохмотья. Многие клоуны, используя эффект неожиданности, выступали с этим трюком, но лучше всех его делал Мусля… Отлично проходила у Мусли реприза со шляпой. За что-то обидевшись на инспектора, он, сжав кулаки, грозно наступал на него, сердясь, снимал с себя пиджак и кидал его на манеж.

А потом срывал с головы шляпу и сердито бросал ее на ковер. В тот момент, когда шляпа касалась ковра, ударник в оркестре бил в барабан. Услышав громкий звук как так, бросил шляпу и раздался стук? Снова раздавался удар в барабан. С удивлением и одновременно со страхом Мусля осторожно поднимал шляпу и внимательно ее рассматривал. Раздавалась короткая барабанная дробь — шляпа, будто живое существо, трепыхалась в руках клоуна.

Отбросив шляпу, Мусля в ужасе убегал и прятался за барьер. Через несколько секунд, чуть успокоившись, он подкрадывался к шляпе и осторожно дотрагивался до нее тросточкой.

Снова короткий удар барабана. Испуганный Мусля, дрожа от страха, отбегал в сторону. Но любопытство брало. Накрывшись с головой пиджаком, Мусля осторожно подползал к шляпе и с трепетом поднимал. На его лице отражалась внутренняя борьба: Наконец он решался это сделать. Только рукой замахивался, чтобы бросить шляпу… как в оркестре раньше времени ударяли в барабан.

И тут клоун понимал — его разыгрывают. Он успокаивался, грозил пальцем барабанщику и, спокойно надев шляпу, веселый, под аплодисменты публики покидал манеж. Много позже, работая с Мишей Шуйдиным коверными, мы вспомнили эту репризу и попробовали ее сделать. Не получилась она у нас, хотя мы и ввели смешные, на наш взгляд, трюки в конце у нас даже хлопушка взрывалась. Показали мы эту репризу только три раза.

Алексеев Мусля после этого сменил не один цирк, пока не осел в городе Оше в Киргизии. Там он вместе с другом выступал на различных праздниках: Похоронили его в Оше. Константин Берман пришел в клоунаду в году до этого работал как акробат. В ту пору было весьма популярным выступать в масках знаменитых кинокомиков — Гарольда Ллойда, Чарли Чаплина и Пата и Паташона, поэтому Берман пошел по этому пути. Однако в конце х Берман прославился тем, что создал оригинальную маску — образ важничающего франта, который носит нелепый щегольской костюм и неизменно попадает в смешное положение.

В годы войны Берман перешел на жанр разговорной клоунады и в дальнейшем исполнял сатирические сценки, репризы на бытовые темы и темы международной политики. Отметим, что дуэт Берман — Генин был еврейским. Однако на самом деле в советском цирке евреев было значительно меньше, чем, например, на эстраде — в жанре сатиры и юмора, где представительство евреев было подавляющим.

В цирке подобного представительства у них не было, так как в цирке сатира приветствовалась меньше, чем на эстраде. Впрочем, таковым было положение на арене, зато по административной части ситуация выглядела несколько. Так, например, в году в крупнейшие советские цирки были назначены художественные руководители: Краснянский позже его сменил Б. Шахетв ленинградский — Е. Гершунив киевский — Н. Фореггер, в саратовский — Ю. Юрский отец известного актера С. Юрскогокоторый в е годы сменит Б.

Шахета на посту директора ленинградского цирка. Но вернемся к биографии К. Вот как о нем вспоминал Юрий Никулин, который в е годы работал с Берманом в Московском цирке на Цветном бульваре: Его репризы или пародии продолжались ровно столько, сколько требовалось времени униформистам, чтобы убрать и поставить реквизит. Отцу моему Берман нравился.

Он в любой номер входил органично, как партнер, и поэтому как бы сливался с программой. Мне нравился эффектный выход Бермана на манеж. Клоун появлялся в оркестре, который располагался на высоте пяти-шести метров над манежем. Он проходил мимо музыкантов, здороваясь с ними на ходу, и, как бы зазевавшись, делал шаг в пустоту. А Берман летел вниз, приземляясь на небольшой мат, делал кульбит и оказывался на манеже. Появление Бермана зрители встречали аплодисментами. Константин Берман сразу завоевывал симпатию у публики.

Он не имел своего традиционного костюма, как, например, Карандаш. Брюки нормального покроя, разноцветные пиджаки, утрированный галстук в виде бабочки, шляпа с поднятыми вверх полями, большие тупоносые клоунские ботинки. Позже, когда я искал грим, то, использовав находку Бермана, именно так гримировал свои. Все репризы у Бермана в основном носили пародийный характер.

После самого трудного номера клоун появлялся на манеже и сначала будто бы безуспешно пытался повторить только что показанное. И все у него получалось задорно, весело и удивительно.

Он легко прыгал с трамплина через трех слонов. Пародируя жонглеров, он жонглировал лучше только что выступавших артистов… Особенно тепло принимали Бермана дети. Сухопарый, среднего роста, физически сильно развитый, с зачесанными назад черными волосами, выразительным лицом, он вечно с кем-нибудь беседовал или спорил. Отчаянно жестикулируя, он постоянно с упоением рассказывал анекдоты. Любимое его занятие в свободное время — игра в домино или нарды.

Он мог так увлечься игрой, что забывал выйти на манеж заполнить паузы. Порой это мешало работе. Опаздывая на выход, он просил кого-нибудь из его клоунской группы выйти на манеж и исполнить репризу. В Москве, правда, он этого себе не позволял. Однажды над Константином Берманом зло подшутили.

Во время клоунады он по ходу дела съедал пирожное пирожное, как реквизит, покупалось в буфете за счет цирка. Перед клоунадой Берман бегал в буфет и выбирал.

На одном из спектаклей униформисты разрезали лежащее на блюдечке приготовленное пирожное и внутрь положили горчицы. Константин Берман ел пирожное, делал вид, что причмокивает от удовольствия, а из его глаз текли слезы.

За кулисами в тот день дал волю своему гневу. Он узнавал, что его назначали сначала директором клоунской группы, потом директором цирка и, наконец, директором всех цирков! И на глазах у зрителей клоун толстел, переставал узнавать товарищей и подчиненных, а потом, когда выяснилось, что это блеф, он лопался, как мыльный пузырь.

Берман 10 февраля года. Начинал свою карьеру в году в Ташкентском цирке в роли ученика артиста Н. Отец стоял на шести стульях, опирающихся на бутылки. Затем выносили двенадцать кубиков, ставили их в два столбика по шести штук, отец становился на них и сбрасывал кубик то с одной стороны, то с другой, балансируя так, как будто спускался на руках с лестницы.

Выступал отец под псевдонимом "юный Адольф". Отцу не нравилась его работа. Он мечтал о работе на трапеции. Однажды во время дежурства, едва только рассвело, отец по веревке взобрался на трапецию, подвязанную под куполом цирка, и стал раскачиваться на. Дежуривший с отцом Анатоль увидел это, стал кричать на отца и требовать, чтобы он слез. Когда он был уже иа середине веревки, Анатоль нечаянно дернул. Отец упал на манеж; упал благополучно, но от волнения потерял сознание.

Об этом случае узнал Фюрер. Ое позвал отца к себе, расспросил и велел повесить трапецию в конюшне, чтобы отец мог упражняться на. Отец быстро научился работать на трапеции, так как по утрам до репетиции в пустом еще цирке с ним занимался Анатоль. В те времена под большие, двунадесятые праздники представления не разрешались полицией, и после репетиции учеников отпускали гулять.

В шесть часов все собирались обратно к обеду. Отец рассказывал, что, уходя днем на прогулку, ученики разбивались на группы в четыре-пять человек, тайком отправлялись на городские окраины и ходили по дворам, давая представления. Собранные в шапку деньги делили на равные части. На них покупали какую-нибудь еду и сладости. Поэтому к обеду приходили не очень голодные и на хозяйскую еду не набрасывались.

До пятнадцати лет ученики жалования за свою работу не получали. Владелец цирка одевал и кормил. Но как только ученику исполнялось пятнадцать лет, хозяин цирка дарил ему костюм, ботинки, пальто, пару белья, и с этого времени ему полагалось жалованья десять рублей в месяц. Пищу молодой артист попрежнему получал хозяйскую, одеваться же должен был на свой счет. Трудно сказать, было ли это материально выгодно ученикам.

Но переход с ученического положения на артистическое давал известные преимущества, и, конечно, ученики ждали этого момента. К пятнадцати годам отец уже выделялся среди учеников.

Умел делать партерные прыжки, исполнял два номера - "пирамиду" и гимнастику на трапеции, хорошо вольтижировал на лошади, участвовал в пантомимах, исполняя комические роли, и при всем том был грамотен, что в те времена было редкостью. Отец исколесил с цирком Фюрера всю Россию, кочуя с ярмарки на ярмарку. Переезды делались на лошадях. Перед поездками цирковые лошади подковывались и становились обычными лошадьми, возящими тяжести. Как только переезд кончался, они становились неотъемлемою частью циркового представления.

Обычно, когда шли представления, лошади были подкованы только на передние копыта. Ковали их так во избежание несчастных случаев на манеже: В одном из городов цирк Фюрера встретился с цирком Тюрина. Этот цирк был богаче и имел сильную труппу.

Остановился Тюрин в центре города. Фюрер работал на ярмарочной площади, у него перед цирком был раус, его артисты наряженными разъезжали на лошадях или с оркестром проходили через площадь, зазывая публику на представления.

Представления в цирке Фюрера начинались с десяти часов утра и длились до пяти часов вечера. За эти часы успевали дать пять, а иногда и шесть представлений специально для ярмарочной публики. Программа шла полностью при большом количестве зрителей. Если публики было мало, из программы выкидывали ряд номеров. Цирк Тюрина давал только вечерние представления; по праздникам устраивали утренники.

Артисты Тюрина приходили смотреть представления фюреровского цирка, артисты Фюрера в свою очередь интересовались их работой. Отец попал на представление в цирк Тюрина и увидел там такие номера, о каких до того не имел и понятия.

methostficpho.tk: Альперов Дмитрий Сергеевич. На арене старого цирка

Особенное впечатление произвел на него клоун Макс Высокинский [Макс Высокинский был одним из первых клоунов. До появления у нас в России амплуа клоунов, в цирках выступали артисты, которых называли "паяцами"]. В цирке Фюрера клоун выступал на раусе, и потому отец считал клоуна раусным балагуром. У фюреровского клоуна были только два номера. Один из них было антре "Охота".

Два артиста изображали волков, клоун играл роль охотника. Клоун, возгласом подражая выстрелу из ружья, хлопал их по щекам.

Антре кончалось тем, что охотник хватал волков за ноги и валил нх на землю под хохот публики. Это антре я видел в году перед войной на ярмарке в балагане. Клоун Макс был любимцем публики. Метод и приемы его работы были очень интересны.

Макс знал, чем и как сразу захватить публику. На арену он выходил всегда или с плачем или со смехом. Отец говорил, что он за всю свою жизнь не встречал клоуна, который бы умел так заразительно смеяться, как Макс. Клоун звал его "хозяином", а директор величал клоуна "Иван Ивановичем".

Диалог строился на путанице. Выносили клоуну в подарок ходули, - он благодарил за дули. Директор объяснял, как надо пользоваться ходулями, и Макс изображал человека, первый раз ходящего на ходулях. Спотыкался, падал, бегал через весь манеж под хохот всего цирка, пугая сидящую в первых рядах публику. Затем музыка начинала играть "камаринского"; директор предлагал Максу станцовать за бутылку коньяку.

И неуклюжий человек внезапно превращался в изумительно ловкого плясуна, проделывающего на ходулях такие замысловатые антраша, такие трудные па, какие впору только самому отменному танцору. Пораженная публика награждала его аплодисментами, от которых дрожало здание цирка. После танца директору подавали коньяк. Директор предупреждал Макса, что коньяк действует на ноги; Макс выпивал его, провозглашая тосты.

Затем изображал на ходулях пьяного, спотыкался падал. Директор гнал его с арены, угрожая ему сторожем, городовым, урядником, наконец - тещей. Теща производила такое впечатление, что пьяный вскакивал и убегал. Макс в каждом своем выступлении обнаруживал какое-нибудь мастерство. Он, например, прекрасно исполнял танец на обыкновенной лопате. Проделывал, становясь на нее обеими ногами, самые замысловатые па. У него был номер с павлиньим пером. Он выдувал его из длинной деревянной трубки, оно поднималось высоко в воздух, Макс ловил его кончиком носа и балансировал.

Перед публикой был ловкий жонглер. Основным приемом его работы был прием контраста. Выходил он с плачем и почти непосредственно переходил на смех.

Или, как описано, начинал с того, что изображал неуклюжего, неловкого человека и вдруг сразу перерождался в мастера. Этот прием очень доходчив. На западе он применяется также на эстраде в малых формах. Им пользуются и классики-драматурги. В номере с пером, чтобы рассмешить публику, Макс сначала втягивал перо в себя, изображал, что проглотил его, вытаскивал перо с комическими жестами из штанов и только потом выдувал, ловил и необычайно ловко им балансировал.

Любопытно отметить, что на таком же методе контраста была основана работа непревзойденного мастера буффонно-клоунского искусства музыкального клоуна Грока, известного Европе и Америке [Клоун Грок был прекрасный музыкант-виртуоз. Для проведения своего номера он приглашал настоящих профессионалов-музыкантов. Сначала выступали они, затем он делал вид, что первый раз держит инструмент в руках. Рассматривал скрипку, спрашивал, что делать со смычком, скрипку прижимал подбородком, а платок клал с другой стороны.

Или садился на стул и заставлял униформу тащить рояль к нему через всю арену. Когда же вдруг начинал играть, то оказывался мастером.

Он был прекрасным пианистом и очень хорошим скрипачом. Профессионалы-артисты, выступавшие с ним, обычно бывали слабее его]. Оба клоуна никогда друг друга не видали, и оба остановились на приеме, наиболее действующем на зрителей. У Фюрера не было ни одного артиста, равного Максу, да и программа его представлений была не слишком разнообразна: Брат Фюрера был наездник.

Исполнялся у Фюрера очень трудный, исчезнувший впоследствии номер: Отец рассказывал, что артист ходил, лежал, стоял на коленях и проделывал ряд эволюций на висевшей полукольцом проволоке. Выступал у него также "человек со стальной челюстью". Этого номера мне никогда не приходилось видеть. Исполнитель его зубами перекидывал стулья через себя назад, зубами же поднимал десять поставленных друг на друга стульев, а в конце номера поднимал стул с сидевшим на нем человеком.

Кончалось представление пантомимой "Мельники" или "Сапожники". Труппа Фюрера состояла из его семьи, нескольких учеников и трех-четырех наемных артистов. В цирке Тюрина, кроме семьи самого Тюрина и учеников, работало пятнаддатъ-восемнадцать человек артистов. Его цирк был обширнее, места для публики были обиты кумачом. На арене расстилалась не подстилка, а большой ковер. Оркестр помещался наверху, над местом входа и выхода артистов.

На арену выпускали одновременно четырех лошадей, они брали барьер, танцовали вальс. В труппе был атлет, работавший с гирями. В конце номера он покрывал голову полотенцем, и на ней разбивали молотом кирпичи. Эквилибрист ходил по туго натянутой проволоке, что было тогда новостью.

Наездница работала без руля и стремени, прыгала через ленту или через обруч, заклеенный бумагой. Артисты работали на турнике. Был номер гимнастических упражнений на перше.

Так назывался двенадцати аршинный шест, который укреплялся на поясе взрослого гимнаста, Подросток гимнаст взлезал на него и делал на нем ряд упражнений. В конце программы шла пантомима "Рекрутский набор во Франции" Слова "во Франции" прибавлялись в афише для цензуры.

На самом же деле действие пантомимы происходило в России, солдаты выходили на арену в военной форме екатерининских или павловских времен. Одним из основных лиц пантомимы был урядник. Эту пантомиму не раз ставили в провинции, мне приходилось участвовать в ней, поэтому я ее хорошо знаю.

Павел Перец о зубатовщине и рабочем вопросе

Декорация изображала избу старика Горбоносова. Шесть сыновей старика уходят на работу. В их отсутствие приходит урядник с солдатами, чтобы забрать всех шестерых на войну. Старик идет звать сыновей. Те решают обмануть урядника.

Один изображает слепого, другой - хромого, третий - немого и. На радостях сыновья зовут своих невест и танцуют с. Старик откупается от него деньгами. Кончалась пантомима кадрилью, которую исполняли сыновья и их невесты. Цирк Тюрина произвел на отца такое впечатление, чго он решил просить Тюрина взять его к.

Помог ему опять тот же Анатоль, расклейщик афиш. Он отправился к Тюрину, поговорил с ним, и так как у Тюрина не было артиста, работающего на трапеции, то он решил притти в цирк и посмотреть работу отца. На беду отца Фюрер поставил на афишу "пирамиду". Просить Фюрера о замене было невозможно. Тогда по совету Анатоля отец выкрасил стулья, и работать на них было немыслимо. Фюрер рассердился, но делать было нечего: На другой день Тюрин через Анатоля позвал отца к.

Отец был очень рад, но уйти незаметно ему было трудно, и он попал к Тюрину только на следующий день. Тюрин долго расспрашивал отца, - видимо, колебался, - и в конце концов предложил отцу поступить к нему на жалованье в сорок пять рублей на всем своем: На переход отца к нему в цирк Тюрин потребовал письменного согласия Фюрера.

Отец не решился сам пойти к Фюреру. Помог ему и на этот раз Анатоль. Фюрер велел отцу притги к. Отец отправился на объяснение ни жив, ни мертв. Фюрер расспросил его, какие условия ему предлагает Тюрин, и сказал, что даст отцу те же сорок опять рублей, с тем чтобы он остался у. Отец отказался, признавшись, что в другом цирке он рассчитывает большему научиться.

Фюрер согласился отпустить его по окончании ярмарки, через три дня. Фюрер отпустил "Адольфа" с подарками, которые показал собравшимся ученикам. Переход из маленького цирка в цирк, работающий в губернских городах, сыграл в жизни отца громадную роль. Правда, ярмарочные цирки, по рассказам отца, были материально более обеспечены, но работать в них было очень тяжело. В весеннее, летнее и осеннее время давали по десять представлений, ели в перерывах, ночью усталые добирались до своих углов и засыпали, как мертвые.

Зимою в таких цирках было меньше работы, зато донимал холод. Не помогал ни костер, который жгли посредине арены, ни то, что две артистические уборные мужская и женская оклеивались толстым слоем старых афиш, ни то, что досчатые стены цирка засыпали снегом или навозом, чтобы защитить их от ветра.

Брезентовая крыша цирка не держала тепла. Перед своим номером отец с зажженным факелом в зубах взлезал по веревке, согревал огнем трапецию, вытирал ее тряпкой, чтобы не вымазаться во время номера и только после этого начинал работу.

Трапеция была железная, и в двадцатиградусные морозы влажные от работы руки подчас прилипали к ней так, что отодрать их можно было только вместе с кожей. Работая позже в больших цирках, отец увидел, что трапецию плотно обматывали материей.

Он удивлялся, как сам он не догадался сделать. На такой обмотанной трапеции можно работать в любой мороз, обмотка предохраняет и от мозолей. В ночные дежурства у Фюрера ученики согревались, кто как умел. Заворачивались в ковер, брали с собой для тепла собаку, забирались в ларь с овсом, наворачивали на ноги старые афиши или мешки из-под овса. За пять лет жизни у Фюрера отцу пришлось много перетерпеть от зимней стужи и холода.

В цирке Тюрина были свои порядки. Дневные представления бывали только по воскресным и праздничным дням. Свободного времени было. В часы же репетиций и представлений вся труппа работала на совесть. Каждый день в цирк в десять часов утра являлся Тюрин и репетировал с лошадьми. Окончив конную репетицию, директор садился в первый ряд, вызывал на арену кого-нибуд из артистов или учеников и, заставляя их проделывать номер, делал им указания.

На другой день после поступления к нему отца Тюрин велел выдать отцу униформу, сам написал на ней его фамилию и сказал, что за целость униформы отвечает отец, и если она пропадет, то стоимость ее вычтут у него из жалованья.

Обязанностью каждого артиста было в незанятое его номером время стоять на арене в униформе и помогать своим товарищам. Только клоун Макс Высокинский был освобожден от.

Первые десять дней Тюрин не ставил отца на программу. Трапеция была уже повешена, под наблюдением Тюрина отец репетировал каждый день, а на афише имя отца не значилось. Отец был в смущении. Наконец, он решил подойти к Тюрину и спросить его, в чем. Тюрин ответил, что торопиться с выступлением не надо что он придумывает для его номера эффектный конец.

Так прошло еще несколько дней. Наконец, однажды после представления Тюрин велел отцу надеть трико и выполнить свой номер. Отец исполнил приказание, закончив работу "мельницей" на мускулах. Тюрин подозвал отца и сказал, что придумал для его номера другой финал.

Приказал принести из своей уборной два факела, велел отцу взлезть на трапецию, там привязать факелы к ногам, поджечь их, а уже потом проделать на мускулах "мельницу", стараясь вертеться как можно быстрее.

Отец проделал номер, закончив его так, как указал Тюрин. Когда он, кончил, раздались дружные аплодисменты всей труппы. Тюрин объявил, что через день поставит его на афишу. Артисты хвалили выдумку Тюрина: Через день на афише стояло: После репетиции отец поблагодарил Тюрина и попросил у него на намять афишу.

Тюрин подарил отцу два экземпляра афиши и посоветовал выспаться хорошенько перед представлением. Отец пошел к себе на квартиру и заснул. Проснулся он от раскатов грома, быстро оделся и иод проливным дождем побежал в цирк. Оказалось, что бурей разодрало на полотнища шапито цирка, а сам цирк залит водой.

Весь следующий день артисты сшивали крышу и убирали цирк. Вечером состоялось представление и первый выход отца. Выход был не совсем удачен. Весь номер прошел хорошо, но когда отец стал делать мельницу с факелами, то отсыревшие от воды факелы горели плохо и того эффекта, какой был на репетиции, не получилось. На другой день было воскресенье, и номер отца прошел блестяще.

В цирке Тюрина были свои обычаи. Так, все молодые холостые артисты получали вечером, после представления, из кассы пятьдесят копеек на обед. Полтинник этот записывался в счет артисту, и в конце месяца образовавшаяся сумма вычиталась из жалованья.

Тогда же удерживались и штрафы, которые налагались за невыполненную работу. При хороших сборах Тюрин уменьшал сумму штрафа, при плохих - увеличивал. Стараясь разнообразить цирковую программу, Тюрин сам выдумывал новые трюки или создавал номера. Когда он получал предложения от артистов других цирков перейти к нему, он хитрил, писал, что согласен на предлагаемые артистом условия, только просил предварительно подробно сообщить, что делает артист.

Получив подробное описание приемов работы, он выбирал то, чего у него не было, и предлагал на репетиции то тому, то другому артисту выполнить новый трюк.

Если кому-нибудь удавалось таким образом разнообразить номер, Тюрин задаривал его мелкими подарками, подносил жетоны, что было тогда модным. Из артистов труппы отцу особенно нравился Макс Высокинский. Он всячески старался сблизиться с ним, оказывая ему ряд мелких услуг.

Но Макс был очень неразговорчив и скрытен, и отец стал его побаиваться. Ни одной репетиции, ни одного выступления Макса отец не пропускал, следил за ним во время его работы, изучая каждое его движение. Репертуар Макса был обширен. Отцу особенно нравился номер с бумажкой и со змеей. Макс выходил на манеж с шамбарьером и спрашивал, что это. Ему говорили, что это шамбарьер. Макс начинал хлопать им, делал вид, что концом шамбарьера [шамбарьер - хлыст, употребляемый при дрессировке лошадей] попал себе по носу, плакал, бросал шамбарьер.

Незаметно ему привязывали к концу шамбарьера бумажку в виде бабочки. Макс начинал ловить бабочку, держа шамбарьер одной рукой, а другой пытаясь схватить бумажку-бабочку; при этом он проделывал такие уморительные движения, что цирк не смеялся, а стонал от смеха. Наконец, Максу удавалось поймать воображаемую бабочку. Он держал ее в руке, смотрел на нее наивно и разочарованно говорил: Слово "бумажка" он произносил, по словам отца, с какой-го особой неповторимой интонацией.

Выходил, шпрех-шталмейстер, спрашивал, о чем он плачет. Шпрех-шталмейстер начинал уверять, что бумажка летать не. Тогда Макс требовал, чтобы принесли его большой бумажный змей. Брал змея, старался запустить его и запутывался в нитках. Змей не поднимался; тогда Макс просил кого-нибудь из публики подержать змея, пока он распутает нитки. А змей был нарочно сделан тяжелым, фунтов на восемь. Державший очень быстро уставал и невольно опускал руки.

Макс приказывал ему держать змея выше, а сам, распутывая нитки, то говорил всякие прибаутки, то сердился, то плакал, то смеялся. Державший змея человек, наконец, не выдерживал, под хохот публики и крики галерки бросал его на арену и уходил на свое место.

Вмешивался опять шпрех-шталмейстер и говорил, что он был прав и змей не полетел. Макс отвечал, что ему не нужно было, чтобы змей полетел: Мастерски исполнял Макс антре с куклой. Шпрех-шталмейстер сообщал Максу, что его спрашивает какая-то дама. Макс просил пригласить ее на манеж. Выносили на стуле куклу в шляпке и вуали.

Макс извинялся перед нежданной гостьей, что заставил себя долго ждать, и спрашивал ее, чем он может ей служить. Кукла в ответ молчала. Макс, продолжая извиняться, целовал у куклы ручку и вдруг, поняв, что это кукла, хохотал и кричал: Вы надо мной подшутили. Теперь я сам подшучу над вами и покажу вам, как кто из вас танцует. Он схватывал куклу в объятия и под вальс изображал сначала застенчивого гимназиста, в первый раз попавшего на бал, потом купца, танцующего польку после двадцати самоваров и дюжины пива.

Имитировал военного, лихо танцующего польку-мазурку; "траченого молью" чиновника и, наконец, дирижера танцев, "много танцующего, но ни черта в танцах не понимающего". Под звуки галопа, выкрикивая французские слова, он бешено носился по арене, падал за барьер, схватывал куклу за ноги и тащил ее через манеж, причем у куклы шея втягивалась аршина на два. В этих двух номерах Макс проявлял себя как исключительно талантливый мимист. И номера эти заслуженно пользовались огромным успехом у публики.

Наблюдая и обдумывая работу Макса, отец заметил, что Высокинский никогда не заканчивает своего выхода эксцентрико-буффонадными трюками. В конце он всегда давал акробатический номер. Отца это очень заинтересовало, и позже, когда они стали друзьями, он спросил у Макса, почему после "куклы" или "змея" он обязательно возвращался на арену и проделывал мастерски какой-нибудь акробатический номер.

Макс сказал, что "акробатический финал легче запоминается публикой. Смех, по его мнению, иногда может вызвать жалость, а ловкость всегда приводит в восторг. Лучше, когда публика, уходя из цирка, говорит: Придет в свою уборную задолго до начала представления, сидит, о чем-то думает. А то загримируется, смотрит на себя в зеркало и то заплачет, то засмеется. Иногда пройдет в конюшню и делает упражнения на кольцах. Ему уже выходить, а он все упражняется и только в момент выхода на арену, как угорелый, бросается в уборную.

Часто он опаздывал к выходу, но Тюрин его никогда за это не штрафовал. Иногда Макс забывал нужный реквизит и потом потихоньку от публики просил принести. Следя так упорно и внимательно за работой Макса, отец знал все его номера и тайком стал подражать ему, плакать и смеяться, как Макс. Однажды Тюрин заболел, и некому было выступать с Максом.

Отец несмело, очень волнуясь, подошел к Высокинскому и сказал: Я изучил все, что вы делаете". Мякс предложил ему прорепетировать один из номеров.

Убедившись, что отец номер знает, Макс просил его говорить громче. Отец вышел на арену в большом волнении. По окончании номера Макс похвалил его, но спросил: После этого случая Макс стал относиться к отцу с видимой симпатией. Когда в одном городе отцу не сдавали угла для жилья, так как у него не было никаких документов, Макс предложил ему ночевать в его уборной. В лице отца в цирке всегда был ночной дежурный. У Тюрина ученики не сторожили, в цирке был специальный сторож и по очереди дежурили кучера.

Отец, поселившись в уборной Макса, стал наблюдать за его реквизитом, подновлял его, красил, упаковывал и распаковывал при переездах. В свободное время он оклеил уборную Макса старыми афишами, выложил ему пол досками и досками защитил крышу от дождя.

Постепенно все артисты, раньше уносившие домой свои костюмы, стали оставлять их с разрешения Макса в максовой уборной. В дни, когда не было представлений, Высокинский звал отца на прогулку, потом уводил его домой, где жена Макса кормила их обедом. Во время одной из таких прогулок отец чистосердечно покаялся Максу, что знает все его номера и очень хотел бы перейти на амплуа клоуна.

Тут же в лесу он показал Максу все, чему он научился от. Макс очень смеялся и предложил отцу поговорить с Тюриным, чтобы отца выпускали в дневных представлениях. Сказал отцу, что ему надо будет придумать свой номер, чтобы артисты не говорили, что он копирует Макса и что Макс работает. На другой день после репетиции Высокинский позвал отца и предложил ему обдумать и проработать клоунско-акробатический номер без слов.

Недели через две номер с помощью Макса был готов и прошел с успехом. Макс воспользовался тем, что отец хорошо работал на руках, заставил его проделать "пирамиду" в костюме клоуна и под музыку. Номер отца, как клоунско-акробатический номер, был включен в первое отделение вечерней программы. Сам Макс выступал во втором отделении. С этих пор Высокинский все чаще стал привлекать отца к своей работе, причем отец исполнял обязанности шпрех-шталмейстера.

Отцу этого было мало, - он стал копить деньги и мечтать о том, чтобы летом перейти в другой цирк на амплуа клоуна. Зимой Тюрин обычно выбирал большой город и строил цирк с деревянной крышей. Стены такого цирка бывали из двойных досок, в промежуток насыпалась земля. В боковых проходах ставились две печки, третью печку ставили на конюшне.

За два часа до представления печки топились, для сохранения тепла в них клались кирпичи. Несмотря на это, работать все же было очень холодно. Иногда Тюрин снимал большой пустующий сарай для засыпки хлеба. Публика сидела тогда не вокруг манежа, а по бокам.

В таком здании было теплее, но для работы оно было менее удобно, и артисты не любили цирков-сараев. Макс советовал отцу учиться играть на одном из музыкальных инструментов. Отец с детства хорошо играл на губной гармошке. Случайно ему удалось купить подержанный корнета-пистон, и он стал учиться играть на.

Прозимовав в Елисаветграде, Тюрин решил к пасхе переехать в Ростов. Там к этому времени должна была открыться ярмарка. По приезде в Ростов Тюрин построил свой цирк между городом и ярмаркой, усилил ламповое освещение, купил новый ковер, увеличил оркестр. Этот цирк по размерам своим был гораздо больше елисаветградского; но крыша у него была брезентовая.

Первое представление в Ростове состоялось на второй день пасхи в час дня. Для завлечения публики перед зданием цирка играл цирковой оркестр. В программе участвовала вся труппа. Второе представление дали с таким же успехом в три часа.

Хотели в пять часов дать третье представление, но по настоянию архиерея в эти часы были запрещены всякие увеселения, так как шла церковная служба. Полиция предупредила Тюрина, что на вечернее представление прибудет наказной атаман, который приказал оставить для него целый ряд мест в партере. К восьми часам вечера все билеты на вечернее представление были проданы, а желающих попасть в цирк было.

Собравшаяся публика хлопками и топанием ног выражала нетерпение. Оркестр играл одну вещь за. Наконец, явился атаман и несколько человек военных. Все артисты имели шумный успех. Отец выступал как клоун с акробатическим номером, и ему сильно аплодировали.

Во втором отделении выступал Макс Высокинский. По словам отца, он был в большом ударе. Работал так, что цирк стонал от смеха. Когда он кончил, публика потребовала биса. Тюрин думал, что публика похлопает и успокоится и приказал вывести лошадь для наездницы. Но публика неистовствовала, требуя Макса. Вышел Макс и под несмолкаемые аплодисменты проделал антре на ходулях.

Перевод "клоун" на французский

Едва началось третье отделение, как публика начала кричать: Тогда, по соглашению с Максом, вышел Тюрин и заявил, что, идя навстречу желанию публики, артист Макс согласился выступить и в третьем отделении. Во втором антракте отец с женою Макса сбегали к ним на квартиру и принесли ему другой костюм.

Макс вторично загримировался и исполнил номер "пародия на танцы". Этот номер был триумфом Макса. По окончании этого номера публика никак не могла успокоиться и требовала новых номеров.

Тогда Макс снял парик, вышел на арену и сказал: Отец бросился за ним следом. В уборной Макс залпом выпил топленого молока, которое всегда для него приготовляла его жена, и сказал: Прямо с ума сошла. Правда, что сегодня и я был в ударе. Тюрин был в восторге и от удачных спектаклей и от полных сборов.

Он усиленно благодарил Макса. На третий день Тюрин выпустил громадную афишу, извещавшую о том, что клоун Макс выступает только в вечернем представлении, и поднял, цены на билеты.

Вы точно человек?

Макс все больше и больше завоевывал симпатии публики, и по Ростову шли о нем усиленные толки. В день его бенефиса, по словам отца, его буквально закидали цветами. После бенефиса Тюрин устроил в честь Макса ужин всей труппе. По инициативе отца, труппа в складчину преподнесла Максу серебряный жетон с надписью: На ужине растроганный Макс сказал, что подарок артистов ему так дорог, что он с ним никогда не расстанется. Тюрин объявил на ужине, что по желанию Макса цирк из Ростова переедет в Новочеркасск, а оттуда поедет в Оренбург и, далее, в Закаспийский край.

Предупредил, что по Закаспийскому краю они поедут сухим путем. Если же кто из артистов труппы ехать не пожелает, то пусть заявит об этом еще в Ростове, Как раз в это время в Ростове был директор большого провинциального цирка Таурик. Свое пребывание в Ростове Таурик объяснял тем, что он набирает себе труппу на Кавказ. Настоящей же целью, которую он скрывал, было переманить к себе Высокинского.

Оказывается, что о клоуне Максе знали, и как только цирк Таурика приезжал куда-нибудь, публика спрашивала, будет ли выступать клоун Макс. На Кавказе Макс был любимцем циркового зрителя, Таурик предложил Высокинскому большее жалование, но Макс не согласился перейти в другой цирк, потому что Тюрин по его просьбе ехал в Туркестан, куда Максу давно хотелось попасть.

Разговоры Макса с Тауриком происходили в присутствии отца на квартире Макса. Отец набрался храбрости и предложил Таурику свои услуги: Макс со своей стороны рекомендовал Таурику взять отца. В один из последующих дней Таурик пришел в цирк посмотреть, как работает отец. Отец выступал только в том акробатическом номере, который ему составил Макс. После представления Таурик сказал, что это не то, чего ему хотелось.

Отец ответил, что может исполнять номера "танец на лопатке" и "хождение на ходулях". Таурик захотел посмотреть, как отец делает эти номера. Отец пошел к Максу, рассказал ему о своем разговоре с Тауриком, признался, что последние полгода только и делает, что репетирует все номера Маиса и что очень хотел бы показать их ему и Таурику.

Макс долго молчал, потом сказал: Публика - залог успеха. Почему у меня в Ростове такой успех? Смех - вещь необходимая. Человек любит смеяться, и когда он видит, что кто-нибудь смеется, то старается сам пристроиться к чужой веселости. Не знаю, что тебе придумать. Знаю, что из моего репертуара ты умеешь танцовать на лопате, ходить на ходулях, делать номер с пером. Умеешь все, кроме танца с куклой. Отец ободрился его дружеским тоном и признался Максу, что он уже зимою сшил себе такие же костюмы, в каких выходил на работу Макс, и сделал реквизит.

"Портрет клоуна" на уроке изобразительного искусства в 3-м классе

Мы тебе устроим дебют. В цирке сделать этого нельзя, неудобно. Я не хочу, чтобы над тобой смеялись, если ты сработаешь плохо. А выступить тебе надо непременно перед публикой. Так я вот что надумал: На этом и порешили. Отец не спал всю ночь, обдумывая предстоящий дебют. На рассвете он встал, взял ходули и лоиатку и пошел в цирк. Там надел костюм и загримировался под Макса. Затем разбудил кучеров, дал им рубль и попросил посмотреть, похож ли он на Макса.

Он проделал перед кучерами все номера. Работа отца им понравилась. Отец, радостный, пошел в уборную Макса, лег и заснул. Вдруг чувствует, его толкает кто-то. Раскрыл глаза - Макс. Отец быстро вскочил, схватил свои костюмы и реквизит и пошел за Максом. Втроем они двинулись на ярмарочную площадь к балаганам.

Вокруг шумела толпа зевак. Они едва могли пробиться ко входу в балаган. Хозяин балагана встретил их приветливо. Макс рассказал ему, в чем. Балаганщик пригласил их за кулисы и предложил отцу "разговаривать" с ним во время номера. Отец просил выпустить его во втором представлении, чтобы он мог обдумать, как вести номер и подготовиться. Когда отец во втором представлении вышел на сцену, он растерялся.

Он привык к манежу; и на сцене ни разу не выступил. Публика, же, увидев его, закричала: Он проделал поочередно все номера, вводя в них им самим придуманные трюки, основанные на акробатике. Когда он кончил, его костюм был мокрый, как после купанья. После каждого номера публика: Не думал я, что ты такой способный.

Я бы с тобой раньше занялся. Вижу, что ты себе сам дорогу пробьешь. Таурик сказал, что берет отца и предложил ему восемьдесят рублей в месяц жалованья. Макс заметил, что за такую работу этого жалованья мало и что надо отцу положить сто рублей. Сошлись на ста рублях. Отец был в восторге. Таурик спросил отца, есть ли у него деньги на дорогу.

У отца было рублей шестьдесят сбережений. Таурик дал ему еще двадцать пять рублей и велел через три дня приехать во Владикавказ. На другой день отец купил за десять рублей жетон, выгравировал иа нем: Отец не знал, как ему быть с Тюриным, как сказать, что он через три дня уходит от.

Макс советовал отцу уехать тайком ночью. Отец не хотел делать этого, тем более, что у него" не было паспорта. Тогда Макс предложил говорить с Тюриным при. Вечером после представления Тюрин стоял с Максом. Отец подошел к ним и сказал Тюрину, что хочет уйти от.

Я тебя к себе не звал, ты сам ко мне в труппу напросился. Не пущу тебя никуда, а удерешь, вытребую тебя обратно этапом через казачьего атамана. Отец испугался и ушел от Тюрина со слезами на глазах. Во время объяснения отца с Тюриным Макс молчал, но из цирка ушел вместе с Тюриным.

Отец всю ночь проплакал. Утром пошел к Максу. Оказалось, что Макс ушел с женою гулять за город. Отец еще больше расстроился. В это время Тюрин репетировал с лошадьми. Он прервал репетицию, подозвал отца и, спросил его: Он уговорил меня отпустить. Тогда завтра твой бенефис. Будешь работать в трех отделениях все, что умеешь. У отца от волнения подогнулись коленки.

В шесть часов вечера вернулся Макс. Отец бросился к нему с рассказом. Макс сказал, что обо всем знает и что это ему удалось уговорить Тюрина дать отцу бенефис. На другой день появилась афиша: Но отцу не повезло в его первый бенефис. С утра лил сильный дождь. Прекратился он только к шести часам вечера. Сбор был неполный, хотя и неплохой. Макс настоял, чтобы отец проделал номер на ходулях.

Во время этого номера Тюрин и все артисты вышли смотреть и по окончании номера хвалили отца. В третьем отделении Тюрин преподнес отцу серебряный жетон с надписью.

После представления Тюрин дал отцу семьдесят пять рублей и сказал: Пусть тебе Таурик столько даст. Макс устроил на манеже ужин для всей труппы. Беседа шла до утра. Все было очень, очень скромно. На ужине была даже жена Макса, которая вообще редко бывала в цирке.